Деду от внука. Никто не забыт и ничто не забыто. 72 года Победы в Великой Отечественной войне 1945-2015

1

Изумрудов Г.М. https://youtu.be/T8wbh4ywirg

Командующий Артиллерией 4-го кавалерийского корпуса подполковник Изумрудов Григорий Михайлович родился 11.1894 года, уроженец д. Перелесье Краснослободского района Пензенской области, русский, кандидат в члены ВКП(б) с 1942 года, в Красной Армии с мая 1918 года призван Мокшанским ОВК Пензенской области, участник Гражданской войны в 1918-1922 гг. в должности от командира батареи до помощника начальника артиллерии корпуса на Восточном фронте, в составе 24 Железной дивизии на Туркестанском фронте борьба с басмачеством. Участник финской компании в 1939 году. Участник Отечественной войны с 1941 года. В ноябре 1942 года подполковник Изумрудов Г.М. командующий Артиллерией 4-го кавалерийского корпуса.
С 1943 года гвардии полковник Изумрудов Г.М. Командующий Артиллерией 7-го гвардейского Казачего кавалерийского корпуса. Гвардии генерал-майор Изумрудов Г.М. отличился в боях по овладению Брандербургом, окружению Берлинской группировки немецких войск.
Награды: два ордена Ленина (22.01.1945, 31.05.1945), ордена Красного Знамени (22.02.1943, 04.07.1943, 06.11.1943, 14.08.1944, 03.11.1944), орден Суворова II-й степени (06.04.1945), Отечественной войны I-й степени (06.04.1985), медалями: ХХ лет РККА (1938), «За оборону Сталинграда» (12.1942) и др.
После ВОВ генерал-майор Изумрудов Г. М. продолжил службу в артиллерийских частях Советской Армии.
Умер 08 января 1987 года. Похоронен на Богословском кладбище.

КНИГА 6.

НЕКОТОРЫЕ СВЕДЕНИЯ

О 4-м КАВАЛЕРИЙСКОМ КОРПУСЕ
PS: …к началу сосредоточения корпуса в районе Чёрного Яра, в корпус прибыл заместитель командира корпуса, генерал-майор Кулиев.

4-й кавалерийский корпус был кадровым соединением. В боях не участвовал. Кавкорпус состоял из двух кавалерийских дивизий и учебного дивизиона.
Состав корпуса:
— 61 кавдивизия: — 213, 219, 222 кавполки.
Командир дивизии – полковник Савинков.

— 81 кавдивизия – 21, 227, 232 кавполки.
Командир дивизии – полковник Бухситянович.

Командир корпуса – генерал-лейтенант Шапкин.
Комиссар корпуса – полковник Степаненко.
Начальник штаба корпуса – полковник Шевчук.
Начальник артиллерии – подполковник Изумрудов.
Начальник оперативного отдела корпуса — майор Карпенко.

Расквартирован корпус был в Средней Азии:
61 к.д. – в Душанбе;
81 к.д. – в г. Мары;
учебный дивизион и штаб корпуса – в г. Мары.

В каждой кавдивизии – по артиллерийскому конному дивизиону.
Примерно в октябре 1942 года, корпус получил приказ – сосредоточиться под Сталинградом. Сроки сосредоточения очень ограничены, тем более, что кавалерийские полки следовали к месту сосредоточения походным маршем. Штабы корпуса и дивизий использовали железную дорогу, пароходы и высадились в местечке Чёрный Яр, на Волге.

1. ПОДГОТОВКА КОРПУСА К ВВОДУ В ПРОРЫВ.

В ожидании прибытия дивизий, командиры штабов, обрекогносцировали районы размещения личного и конского состава дивизий, хозяйственной части. Как правило, конский состав, в целях маскировки, располагался в лесу, в рощах, в садах. Бойцы, в большей своей массе, располагались бивуаком на открытом воздухе, без палаток, строя шалаши, щели. Метеорологические условия резко менялись в сторону похолодания. Меня командировали в район озера Сарпа, для формирования корпусного истребительного противотанкового дивизиона – 4 ИПТД, из остатков действующих там отрядов. Сформированный 4 ИПТД, на месте вооружили противотанковыми ружьями системы Симонова. Это было первое и существенное усиление корпуса.
В конце октября 1942 года, 4-й Кавкорпус сосредоточился в отведённых местах. За время похода изменился внешний вид людей и лошадей. Кони похудели, люди посуровели. Корпус поступил в непосредственное подчинение Командующего Сталинградским фронтом, а на все виды довольствия зачислен при 51-й армии.
В начале ноября в корпус прибыли Командующий фронтом генерал-полковник Ерёменко и Член Военного Совета фронта Н. С. Хрущёв. Личный состав корпуса на них произвёл хорошее впечатление, но конский состав, утомлённый очень большим маршем, впечатление оставил неважное. Командующий поставил следующие основные задачи перед корпусом:
— подготовить корпус, особенно конский состав, к предстоящим боям;
— обмундировать людей;
— пополнить пятидневный запас продфуружа;
— изучить операционное направление.
Работники штаба корпуса развили колоссальную энергию, помогая частям и лично изучая местность предстоящей операции. Во всю ширь развернулась партийная и комсомольская работа под руководством комиссара корпуса, полковника Степаненко. Партийные собрания большей частью проводились открытыми. Увеличился приток заявлений о приёме в партию. Несмотря на тяжёлые условия, настроение бойцов и командиров было бодрое.
Командующий фронтом генерал-полковник Ерёменко, при втором посещении корпуса, сказал нам:
— Будьте готовы в любой момент к действию. Этой операции товарищ Сталин, придаёт особое, решающее значение.
Мы понимали, что корпусу предстоит глубокая и трудная операция. В ходе которой, нам предстоит встретиться с танками и мотопехотой противника. Командир корпуса генерал- лейтенант Шапкин доложил Командующему фронтом о необходимости усиления корпуса танками и противотанковой артиллерией. Командующий фронтом на просьбу командира корпуса указал, что усиление будет произведено за счёт той армии, на фронте которой будет действовать корпус. Мы поняли, что рассчитывать надо на свои средства и на правильное их использование.
Командир корпуса поставил основные задачи:
— подготовить конский состав к предстоящим боям;
— обмундировать людей;
— пополнить пятидневный запас продфуража;
— изучить операционное направление.
Неизвестно, на фронте, какой армии придётся действовать нашему корпусу. Рекогносцируем разные направления на фронтах 57 и 51 армий. Перед началом рекогносцировки мы прибыли представиться командующему 57 армией, генерал-полковнику Толбухину. Он, только что прибыл в свой блиндаж, с проверки готовности частей армии. Командир корпуса представил нас, доложил о состоянии корпуса и попросил предоставить нам возможность ознакомиться с местностью и противником на некоторых участках фронта армии. К нашему удивлению, командующий проявил живейший интерес к просьбе комкора и предложил с обстановкой на фронте армии ознакомиться здесь-же. Толбухин достал свою рабочую карту и подробнейшим образом, в течении 30 минут, объяснил нам обстановку:
— характер обороны противника;
— подход к переднему краю;
— возможные районы сосредоточения корпуса перед прорывом.
Он не рисовал радужных картин, не скрывал трудностей, но уверенно говорил об успехе операции. Я вызову командира, который хорошо знает участки фронта и будет вас сопровождать. Командарм, задав ряд вопросов, составил себе полное и правильное представление о нашем корпусе. Прощаясь с нами, командарм сказал:
— Мне бы очень хотелось, чтобы ваш корпус действовал на фронте моей армии.
Рекогносцировку начали с правого фланга. Около двух суток ползали на разных участках фронта, определяя условия возможного сосредоточения корпуса перед вводом его в прорыв и возможные действия в глубине обороны противника. Всё изрыто. Кругом траншеи, блиндажи. Незаметно ни какого движения. Всё влезло в землю, примолкло. Слышны редкие выстрелы. Самолёты противника бороздят небо и посылают на землю всё новые и новые порции взрывов. Капитан, сопровождающий нас, действительно великолепно изучил местность противника, расположение артиллерии и танков на разных участках обороны. Он уже помог нам определить наиболее выгодные районы возможного сосредоточения корпуса перед вводом его в прорыв на фронте 57 армии.
Прибыли к командарму 51 армии, генерал-майору Труфанову. Он внимательно выслушал краткий доклад комкора Шапкина о состоянии корпуса о нуждах в отношении продфуража, обмундирования, боеприпасов, усиления корпуса танками и артиллерией. Нам была обещана помощь. Командующий утвердил план рекогносцировки на сосредоточении корпуса при вводе его в прорыв на участке действия армии. В помощь нам был выделен офицер, хорошо знающий местность и расположение противника. Характер местности на фронте 51 армии иной, чем на фронте 57 армии. Здесь была открытая равнина. Трудно замаскировать даже небольшое подразделение. С наблюдательных пунктов просматривается только передний край обороны противника и то, на не значительную глубину. Со стороны противника местность господствует над нами, и наш тыл просматривается достаточно глубоко. Большим недостатком является отсутствие больших резервов запаса питьевой воды. Фуража на месте нет.
В результате тщательного изучения местности, анализа разведданных о противнике, учитывая состояние частей и особенно конского состава, командир корпуса пришёл к выводу, что наиболее успешные действия корпуса будут обеспечены при введении его в прорыв на участке 51 армии между озёрами Цаца и Барманцак. Так и было доложено как командованию фронтом, так и представителям Ставки Верховного Главнокомандования. Предложение командира корпуса было одобрено за несколько дней до начала операции.
За четыре дня до начала операции, командование и штаб корпуса и дивизий тщательно изучили местность предстоящих действий, передний край обороны противника, его фортификационные сооружения, глубину обороны, фланги на участке прорыва, характер дорог. Командование ознакомилось с планами соединений, действующих на участке прорыва. Подробно обрекогносцированы районы исходного положения корпуса, размечены пути сосредоточения, фураж и т.д. Для усиления артиллерийских групп прорыва, корпус выделил пять батарей 76 миллиметровых пушек на первый период артиллерийского наступления. 18 ноября 1942 года на усиление корпуса был передан ИПТД, прибывший из Гороховских лагерей. Точных данных о противнике до начала операции у корпуса не было. Разведданные армии касались главным образом переднего края. Глубина обороны разведана была недостаточно. Было известно, что на участке прорыва 51 армии обороняются части 5 егеровского и 93 пехотного румынского полка. В Абгонерово расположен штаб 6 АК, румын. Что представляет оборона в глубине, где какие препятствия, где резервы противника – эти моменты оставались неясными для корпуса. Пополнились фуражом, продовольствием, горючим. Имелся полуторный боекомплект боеприпасов. Корпус был готовым к выполнению боевых задач.
19 ноября 1942 года, со стороны Сталинграда стала слышна канонада. В 10 часов собрались командиры всех частей корпуса. Ожидали прибытия, командующего фронтом. Он прибыл в 11 часов.
— Кони готовы? – обратился генерал-полковник Ерёменко к присутствующим.
— Готовы! – отвечаем мы хором.
— Ну, так седлайте, пора! Приказа другого не будет.
Командующий выступил коротко, но более чем понятно. Через час штаб корпуса отдал боевой приказ и ряд указаний по совершению марша, в ночь с 19-го на 20-е ноября в район сосредоточения, перед вводом корпуса в прорыв.

2. ВВОД КОРПУСА В ПРОРЫВ.

19 ноября 1942 года, командующий Сталинградским фронтом, лично отдал командиру корпуса приказ:
— Корпусу, в ночь с 19-го на 20-е ноября 1942 года, занять исходное положение, сосредоточившись в районе Сянчердык, Алгой, Харбуля, Гашун, Хомичев с задачей, 20.11.1942 года войти в прорыв между озёрами Цаца, Барманцы, захватив, к исходу 21.11.1942 года Абынерово, уничтожить отходящие части противника.
Районы сосредоточения представляли собой совершенно открытую равнину. Масок для укрытия и маскировки не было. Вопрос с водой осложнялся большой насыщенностью районов войсками. Командир корпуса заблаговременно предусмотрел трудности водоснабжения. Он приказал частям заготовить тару для воды, и заполненную водой доставить в свои районы. Сено пришлось подвозить с Волги. В район сосредоточения дивизии шли разными дорогами, на широком фронте под покровом ночи. Совершив за ночь сорокапяти километровый марш, 81 к.д., заняв Сянчердык, Алгой, а 61 к.д. Харбуля, Гашун, организовали к рассвету в своих районах противотанковую оборону. Использовали все средства для прикрытия с воздуха, рассредоточились и организовали отдых людскому и конскому составу.
Корпусные части: 149 ИПТАП, 4 ИПТР сосредоточились в одном километре, юго–восточнее Сянчердык и организовали сильный противотанковый пункт. Штаб корпуса разместился в Сянчердык. Учебный дивизион разместился в Алгой. С началом артиллерийского наступления на участке прорыва ответственные работники штаба корпуса и командование с наблюдательных пунктов, следили за развитием операции, действиями противника, его отходом, продвижением своих частей.
С 4 М.К., за которым должен входить корпус в прорыв, со штабом армии, поддерживалась бесперебойная связь. В 11часов 30 минут 20.11.1942 года, штаб корпуса отдал боевой приказ №7 «о вводе корпуса в прорыв и захвате Абгонерово. Дивизии корпуса вводились в прорыв одним эшелоном, имея резерв корпуса за 61 к.д.. В 14 часов 20.11.1942 года корпус приступил к выполнению поставленной задачи, но был задержан на 3 часа частями 4 М.К., забившими все дороги машинами с пехотой. В 20 часов корпус вошёл в прорыв и, развивая возможную скорость, двинулся в глубину, занятую противником. Предстояло совершить 65-километровый марш-манёвр по пересечённой местности с крутыми балками, тяжёлыми подъёмами и спусками. Гололёдица снижала скорость движения. Двигались без привалов, допуская короткие остановки для подтягивания эшелонов. Противник отходил.

3. БОЙ ЗА АБГАНЕРОВО.

Ночь с 19-ого на 20-е ноября выдалась тёмная. На небе ни облачка. В степи тихо. Над Сталинградом висит зарево. Там продолжается, начавшийся с утра, смертельный бой. В район сосредоточения части 4 кавкорпуса двигаются форсированным маршем. Температура ниже нуля. На земле гололёд. Совершив за ночь сорокапяти километровый бросок, дивизии корпуса к рассвету достигли своих районов сосредоточения и организовали противотанковую оборону. Местность открытая. От авиации противника укрыться негде. Люди прижались к земле. Конский состав рассёдлан и выпущен на подножный корм.
С рассветом, как по взмаху дирижёрской палочки, рявкнули сотни орудий. Содрогнулся воздух, дрожью отозвалась земля. Началась артиллерийская подготовка наступления Сталинградского фронта. С наблюдательного пункта нам не видно ни окопов противника, ни разрывов снарядов. Всё слилось в один гул. Дали затянуло плотной пеленой дыма и пыли. Поднялась наша пехота. Её обгоняют танки. Грандиозная и незабываемая картина! Артиллерийский огонь невидимой рукой переносится всё дальше и глубже от переднего края обороны противника. Утро ясное. Яркое солнце на голубом безоблачном небе поднимается всё выше и выше. Авиация противника на нашем участке фронта не появляется. Тыл наш ожил. Задымились походные кухни. Бойцы выползают из щелей, кустов, оврагов.
В 11 часов штаб корпуса отдаёт приказ о вводе корпуса в прорыв. Общая задача корпуса состоит в захвате Абганерово и уничтожении противника в районе Красноармейска, плодовитого, Абганерово, а также недопущения подхода резервов противника с юга и юга-запада. В 14 часов части корпуса начали движение, но пришлось остановиться, так как 4 м.к. забил все дороги. Озеро Барманцак мешает обходу. Образовалось большое скопление войск. К счастью авиация противника не появляется. Из района озера Цаца доносятся взрывы. Там войска попали на минное поле. Пострадала батарея нашего 149 истребительного противотанкового артиллерийского полка. Разбиты две машины. Есть убитые и раненые. Это первые жертвы. В 20 часов корпус вошёл в прорыв и развивая максимальную скорость, двинулся в глубину обороны противника. Местность, пересечённая с кустами, балками, тяжёлыми спусками и подъёмами. Ночь тёмная, морозная. Гололёдица сильно снижает скорость движения. Двигаемся без привалов, останавливаясь накоротке для подтягивания эшелонов. Под покровом ночи противник отходит. Замысел командира корпуса по захвату Абганерово сводится к следующему:
— 81 кавдивизия, наступая, справа в направлении Кожевня, отметка 143, Абганерово, атакует Абганерово с севера и северо-запада;
— 61 кавдивизия, наступая, справа в направлении Семкин, Захаров, балка Журавлёва, атакует Абганерово с юга и юга-запада.
— Резерв корпуса, 149 истребительный противотанковый артиллерийский полк, без одной батареи, дивизион РС и 4-й истребительный противотанковый дивизион двигается за 61 кавдивизией, в готовности развернуться в сторону наибольшего сопротивления противника.
Наступил рассвет. Всё предвещало погожий день. Оживились бойцы. Кони пошли веселее. Противник за ночь оторвался, и соприкосновение с ним потеряно. С рассветом передовой отряд 81 к.д., 232 к.п., достигнув высоты 143, наткнулся на круговую оборону противника. Командир 232 к.п. спешил полк и завязал бой.
Из допроса пленного удалось установить, что в обороне у противника батальон 93 п.п. и 500 спешенных всадников 5 к.д. румын. Командир корпуса решил не развёртывать главных сил корпуса. Он приказал командиру 61 к.д. полковнику Савенкову, одним полком обойти противника с юга и, нанося удар в конном строю во взаимодействии с 232 к.п., уничтожить противника. Дивизиям приказал выполнять поставленные задачи.
Командир 61 к.д. выделил для выполнения поставленной задачи 222 к.п., усилив его двумя батареями конноартиллерийского дивизиона. Одновременный удар 222 к.п. в конном строю и 232 к.п. в пешем строю при поддержке четырёх батарей, прорвали оборону противника. На поле боя противник оставил 300 человек, зарубленными, большое количество пленных и знамя 5-го егерского полка. Первый успех окрыляет нас. Глубокие балки с крутыми спусками и подъёмами то растягивают, то сжимают эшелоны корпуса. Оторвались корпусные артиллерийские части. Начальник штаба артиллерии корпуса майор Павлов со своим помощником, лейтенантом Дашкевичем, направлены, чтобы подтягивать артиллерию к кавалерийским частям.
В 11 часов 21 ноября, дивизии подошли к Абгонерово, 81 к.д. с севера, а 61 к.д. с юга. Полки в конном строю сосредоточились в балках вблизи противника. Противник ведёт вялый миномётный огонь. На глубокую разведку времени нет. С наблюдательных пунктов изучаем местность и противника. Кругом Абгонерово была сеть хорошо оборудованных траншей, но проволочного заграждения нет. Противник заполнил траншеи и ведёт редкий ружейно-пулемётный огонь по нашей разведке. Командир корпуса решил не затягивать время и с места атаковать противника в конном строю, одновременно обеими дивизиями. Конно-артиллерийские дивизионы уже развернулись и ведут энергичный огонь по переднему краю противника. Полки перестроились в боевой порядок. В 12 часов 30 минут трубачи заиграли в атаку. Блеснули клинки, заколыхалась конная масса, дивизии ринулись в атаку.
Пожалуй, это была последняя классическая атака конной массы. С севера и юга катятся конные массы. Сверкают на солнце клинки. Не крик, а какой-то гул стоит в воздухе. Эскадрон за эскадроном на полном карьере, как птицы, пролетают одну траншею за другой. Трещат пулемёты, щелкают винтовочные выстрелы. Падают люди, лошади, а конный поток стремительно несётся вперёд и вперёд и ничто теперь не сможет остановить страшного натиска. Картина одновременно прекрасная и ужасная! Дивизии ворвались в Абгонерово, а через час 227 к.п. лихой конной атакой занял станицу Абгонерово. Более 500 человек, зарубленными и 600 человек, пленными оставил противник в бою за Абгонерово. Свыше 100 орудий и автомашин брошено противником на станции Абгонерово. Остатки разбитого противника бежали на юго-запад. Боевой успех радует нас и вселяет уверенность веры в свою силу.
Конский состав настолько измотан, что глубокое преследование противника стало невозможным. Более 130 километров корпус прошёл без больших привалов, при недостатке фуража. Чтобы привезти в порядок части корпуса и дать, хотя бы несколько часов отдыха людям и коням, командир корпуса принял решение на организацию обороны Абгонерово и железнодорожной станции. 81 к.д. сосредоточилась в северной части Абгонерово, имея боевое охранение на линии: отметка 124,5 и 133,0 до отметок 95,8 и 121,5.
61 к.д. сосредотачивалась в южной части Абгонерово, имея боевое охранение на линии: отметка 146,5 – отметка 75,6 – балка Водяная.
Корпусные части расположились в центре Абгонерово.
Танкоопасные направления на станцию Абгонерово, на Аксай и Садовое прикрывали батареи 149 иптап.
Конно-артиллерийские дивизионы и 4 иптд корпуса, организовали противотанковую оборону в районе своих соединений, образуя, таким образом, второй пояс противотанковой обороны корпуса.
Население Абгонерово встретило наши войска с такой радостью, что трудно описать. Они создавали все условия для отдыха бойцов и конского состава. Противник поспешно закрепляется западнее и юго-западнее Абгонерово. Настойчивой танковой разведкой, он стремится раскрыть наши силы и средства. Вечером 21 ноября, танки противника появились у станции Абгонерово, но, напоровшись на огонь батареи, отошли. Утром 22 ноября, два танка противника, скрытным путём проникли на станцию Абгонерово. Орудие батареи истребительного полка открыли огонь и подожгли один танк. Второй танк противника поспешно скрылся. Вечером уже шесть танков противника пытались ворваться на станцию Абгонерово. Завязался бой с батареей 149 иптап. Оставив на месте два разбитых горевших танка, противник скрылся.
Первые успехи борьбы с танками противника на столько окрылили артиллеристов 149 иптап, что они потеряли чувство меры. Днём один немецкий танк, видимо отбившийся от какой-то группы, появился на южной стороне Абгонерово. Он метался как загнанный зайчонок, а в метрах 600 за ним гоняется орудие 149 иптап. Танк видит опасность, останавливается и открывает огонь по орудию. Орудие тоже останавливается, снимается с крюка виллиса, развёртывается и открывает огонь. Танк уходит. Орудие вновь стремится его догнать. Опасная для орудия «охота» и была нами остановлена. Когда спросили командира взвода, возглавлявшего это преследование, почему он гоняется за танком, то он доложил:
— Как же его упустить, если есть полная возможность его уничтожить?
Командир взвода неправильно понял метод борьбы с танками противника. Это обстоятельство заставило нас неоткладавая, объяснить артиллеристам 149 иптап методы борьбы с танками. К вечеру 21 ноября в Абгонерово прибыл заместитель командующего фронтом генерал-лейтенант Попов. Он приказал, чтобы 81 к.д. оставалась в Абгонерово и производила разведку на Аксай. 61 к.д., будет выполнять самостоятельную задачу в отрыве от корпуса. Дивизии приказано в 10 часов 22 ноября выступить из Абгонерово в направлении Курган Соляной и выйти в район Уманцево, с целью совместно с 91 с.д. уничтожить 4 п.д. румын, обороняющихся в районе Тундутово, Садовое, Обильное. Проведение операции возложено на командира 61 к.д., полковника Ставенкова. В качестве представителя командира корпуса с дивизией следует заместитель командира корпуса, генерал-майор Кулиев. Дивизию усилили батареей 149 иптап, батареей РС и бронемашиной.
Вряд ли кому было понятно расщепление корпуса. Командир корпуса считает такое дробление гибельным для корпуса. В дальнейшем корпус будет действовать разрозненно по двум разобщённым направлениям. Корпус теряет свою ударную и маневренную силу. Активность противника заметно нарастает. Усиливаются его разведывательные поиски. На линии боевого охранения завязываются кратковременные бои с участием танков и миномётов противника. Стало ясно, что, захватив Абгонерово, мы приковали к себе ближайшие резервы противника.
Увеличение у противника количества танков, перекладывает тяжесть боя на артиллерию, которой у нас не достаёт. К исходу 22 ноября в Абгонерово сосредоточилась 126 с.д.
4. БОЙ ЗА АКСАЙ.
После занятия Абгонерово и станции Абгонерово, активность противника на нашем направлении резко возросла, и требовала от нас решительных ответных действий. Из штаба фронта указаний о дальнейшем действии корпуса не поступает. Командир корпуса по личной инициативе решил 23 ноября 1942 года овладеть городом Аксай. Выйти на главные пути отхода противника, глубже отбросить его от железнодорожной станции и уменьшить разрыв с 61 к.д., тем более, что к исходу 21 ноября в районе Абгонерово и станции Абгонерово сосредотачивалась 126 с.д. Своё решение командир корпуса доложил командующему фронтом.
Вечером 22 ноября, штаб корпуса отдал боевой приказ:
— 81 к.д. с двумя батареями 149 иптап с рассветом 23 ноября одним полком, действуя в направлении колхоза имени Ильича, мост – перерезает противнику отход на юго-запад, а остальными частями, дивизия действует в направлении железной дороги на Водяное и овладевает городом Аксай.
— Учебный дивизион с одной батареей 149 иптап, наступает вдоль шоссе на Гончаровский – Шелестов, и к 6 часам 23 ноября, овладевает Перезагрузной.
В резерве командира корпуса остаются:
— батарея 149 иптап, 4 иптд и дивизион РС, без одной батареи.
Разведданные о противнике скудные. Известно, что батальон румын с артиллерией, миномётами и 16 танками перерезали шоссе Абгонерово – Аксай. Через эту преграду разведка корпуса проникнуть не могла. С 126 с.д. установлена связь и разработан план действия в случае затяжного боя за город Аксай. В 18 часов 22 ноября 1942 года части 81 к.д. выступили из Абгонерово. 216 к.п. с батареей к.а.д. наступает по шоссе с задачей захватить Гончаровский. Справа на Ведено наступает 232 к.п., взаимодействуя с 216 к.п.. 227 к.п. наступает на Гнилоаксайская – город Аксай. Корпусной резерв двигается за 216 к.п. В 6 километрах юго-западнее Абгонерово 216 к.п. завязал бой.
Сильный артиллерийский и миномётный огонь противника, заставил полк спешиться перед атакой. Атака успеха не имела. Наступила темнота. Нас от противника отделала широкая балка. Танки противника, заняв позиции в промежутках пехоты на широком фронте, ведут по нашим передовым цепям сильный огонь из орудий и крупнокалиберных пулемётов. Ночь холодная. Бойцам не позволяют курить и покидать занятые места. Некоторые признаки указывают на возможность ночной контратаки со стороны противника. Командир корпуса приказал развернуть корпусной резерв, противотанковые средства и выдвинуть их в боевые порядки. Под утро противник перешёл в контратаку.
Видимость слабая. Мороз. Впереди развёрнутым широким фронтом, вползают в балку шесть танков противника. За ними группами сбегает пехота. Миномёты противника открыли сильный огонь по нашим передовым цепям и коноводам. Подметив танки противника на дне балки, четыре наших батареи открыли по ним сильнейший перекрёстный огонь. Полковые миномёты и полковая батарея в бешеном темпе ведут огонь по пехоте, накопившейся на дне балки. Дивизион РС произвёл залп по противнику. Три танка горят на дне балки. Остальные быстро повернули обратно. Подан сигнал – «В атаку!». Поднялись эскадроны. Батареи 149 иптап, меняя позиции, ведут огонь по отходящим танкам противника. Противник отходит на Гончаровский. Танки противника отходят на широком фронте. Чтобы не нести излишних потерь, командир корпуса приказал 216 и 232 к.п. действовать на Шелестов и обойти Аксай и группировку противника с юга. С фронта маневр кавалерийских полков прикрыл корпусной резерв.
Когда 216 к.п. подошёл к Шелестову, дивизион РС произвёл залп по скоплению противника в Гончаровской. После залпа дивизиона РС и почувствовав обход своих позиций, противник поспешно стал отходить к городу Аксай. 216 к.п., заняв Шелестов, стал быстро продвигаться для охвата всей аксайской группировки противника. В это время на рубеже Гнилоаксайская – колхоз имени Ильича, 227 к.п. втянулся в тяжёлый бой с батальоном пехоты, который поддерживали миномётные и пушечные батареи и 14 танков. С разрешения командира корпуса после отступления противника от Гнилоаксайской, батареи 149 иптап и дивизиона РС, форсированным маршем перебрасываются на участок 227 к.п. Это усиление оказалось решающим. Залп дивизиона РС и интенсивный огонь трёх батарей, обеспечили успешную атаку полка. Оставив на месте горящими девять танков, противник в беспорядке отходит на юго-запад. Большое паническое действие оказывает на противника огонь РС. После залпа наступает жуткая тишина и лишь через минут двадцать начинает оживать противник. Понимая, что может оказаться в кольце наших войск, противник оставляет Аксай.
В полдень наши полки ворвались в город. Горят склады, дома. В пожарищах рвутся снаряды. Улицы забиты народом. Трудно представить себе картину радости населения. На лицах взрослых и детей слёзы радости. Бойцов целуют, поят, кормят, тушат пожары. Противник отходит на Кругляков и Перегрузный, который к вечеру 23 ноября был занят нашим учебным дивизионом.
Окружить противника не удалось. Мало сил осталось в корпусе, после отрыва от него 61 к.д. Ко мне подошёл молодой парень. Очень толково рассказал, по каким направлениям отходил противник и указал, что группа танков противника укрылась за гребнем, что в 4 – 5 километрах, западнее города Аксай. Это были очень важные сведения. Пока части приводятся в порядок, танки противника могут внезапно ворваться в город. Подошли две батареи нашего истребительного противотанкового полка во главе с командиром полка, подполковником Барышниковым. Этими батареями и было прикрыто направление на Кругляково. Приняли меры подтянуть батареи и организовать круговую противотанковую оборону. Командир корпуса приказал мне проверить достоверность сведений о танках противника и принять меры к их уничтожению. Предполагая, что разведка дивизии действует впереди, мы с командиром полка, подполковником Барышниковым, решили на его виллисе проехать вперёд, посмотреть местность и установить, где расположены танки противника. Две батареи полка, по прибытии их из дивизии, приказали выслать по дороге на Кругляково до встречи с нами. Командир полка решил не брать шофёра и сам повёл машину. Двигались вне дороги. Машина идёт хорошо, лихо. Впереди нас, в километрах четырёх проходит с юга на север гребень, закрывающий от нас горизонт. На гребне наметили точку, небольшой холмик, у которого решили остановиться. Не доехав метров 300 до намеченной точки, нас встретил сильный пулемётный огонь. Посмотрев влево, откуда летели пули, я увидел башни танков. Кругом нас море огня. Огонь ведут крупнокалиберные пулемёты трассирующими пулями. Кругом нас море разноцветных смертельных огней. Пули рвут верх кабины, поднимают пыль под самым виллисом. Командир полка вскрикнул и отпустил руль. Он оказался раненным в левую ногу. Мотор работает, но машина остановилась.
В тяжёлой обстановке сознание работает чётко, быстрее, решения созреваются мгновенно. В ту же секунду у меня нашлось решение:
— скатить виллис с Барышниковым вправо, назад в лощину, где он будет в безопасности, а самому остаться здесь, выползти на дорогу, чтобы остановить батареи, которые вот-вот должны подойти со стороны Аксая и могут попасть под губительный огонь танков противника. Резко повернув руль виллиса вправо, включил скорость и сказал:
— Крепись, жми прямо, найдём, только это я успел крикнуть и выпрыгнул из виллиса.
К земле я так прижался, как будто весь в неё зарылся. Виллис скрылся. Теперь Барышников вне опасности. На сердце отлегло. Ползу к дороге, по которой должны подойти батареи, как было условлено. Ползу, а надо мной чудесный рой поющих и отливающих различными цветами, всполохи трассирующих пуль, сопровождающие меня. Когда в сознании господствует одна мысль, обязывающая тебя к действию, к выполнению долга, то чтобы не совершалось вокруг тебя, сознание не чувствует опасности. Я ползу окружённый феерическим дождём разноцветных разрывов. Счастье сопутствует мне. Вижу впереди поросшую мхом и травой каменную глыбу. Я не сразу заметил своё спасение, но услышав цоканье, пуль при ударе об неё, сообразил как мне воспользоваться этой счастливой случайностью. Я заполз по другую сторону глыбы. Видна дорога. В метрах пятидесяти от меня оказалась еле заметная узкая лощинка, выходящая к дороге. Я переполз в неё и с облегчением вздохнул. Теперь пули свистели выше головы. Я в мёртвом пространстве. Я в безопасности! Бегу к дороге, чтобы перерезать путь батареям, своевременно их остановить, указать район развёртывания, район группы танков и место где находится их раненный командир, ожидающий помощи.
Стрельба из танков противника прекратилась. С дороги мы не увидим танков, но и они не видят нас. А дальше дорога поднимается к гребню и танки противника её просматривают. Наконец увидел движение батарей. Вот и встреча. Отдал распоряжение на развёртывание батарей вправо от дороги, чтобы прикрыть танкоопасное направление на Аксай. Послал командира взвода с двумя шоферами разыскать подполковника Барышникова и доставить его в Аксай. На броневике подъехал командир корпуса. Узнав, что впереди разведка передового отряда отсутствует, послал приказание командиру дивизии захватить усиленным передовым отрядом рубеж в 5 километрах от Аксая в направлении на Кругляков. Командир корпуса остался с нами. Барышникова подобрали в километре, слева от нас. Он был в полном сознании, виллис исправлен и сразу отправлен в Аксай.
Передовой отряд 216 к.п., усиленный взводом противотанковых ружей и батареей конно-артиллерийского дивизиона, проходит мимо нас. Не прошёл он и 500 метров, как был встречен сильным пулемётным огнём. Дальше двигаться бессмысленно. Отряд отошёл за батареи и по приказу командира корпуса, обходит позиции танков с правого фланга. Командир корпуса приказал для прикрытия дороги оставить одну батарею и взвод противотанковых ружей. Вторую батарею придать передовому отряду. Передовой отряд, сделав неглубокий обход, пересёк прикрывающий гребень и стал обхватывать танковую позицию, перерезав дорогу на Кругляков. Танки противника разгадали этот манёвр. Повернув фронт на 900, они пошли по обеим сторонам гребня в атаку на передовой отряд, ведя на ходу сильный пулемётный и орудийный огонь. Батареи передового отряда развернулись и ведут огонь. Правый фланг танков, видимо рассчитывая под прикрытием хребта, выйти в тыл передовому отряду , напоролся на расположенный при дороге противотанковый пункт из батареи и 10 противотанковых ружей. Командир батареи, подпустив танки на 500 метров, открыл огонь. Один за другим, вспыхнули два танка. Противник не ожидал такого сюрприза. Танки спешат скрыться за спасительным хребтом. Батарея передового отряда, также подбив один танк, заставила противника покинуть рубеж и отойти на Кругляков.
Вечером я зашёл в госпиталь, чтобы навестить Барышникова и раненных артиллеристов. Командир полка чувствовал себя неплохо. Пуля пробила борт виллиса и засела в левом бедре. Ранение, конечно тяжёлое, но врачи уверяют, что ноге опасность не угрожает. После операции Барышникова направят в тыл. Более тяжёлые ранения получили орудийные расчёты. Командир корпуса назначил командиром 149 иптап майора Снегирёва Н. Г. На него можно положиться. Он не из трусливых и с характером.
В боях за Аксай подбито 17 танков противника, захвачено 12 орудий, склады продовольствия и обмундирования. Уничтожено более 400 человек противника. Личный состав корпуса втянулся в бои и проявляет не только упорство, но и геройство. Особенно радуют артиллеристы. Опыт боёв научил их многому и в первую очередь выдержке. Тяжесть боёв теперь ложится на артиллерию, к сожалению, её у нас так мало, а самые серьёзные бои ещё впереди. Заняв Аксай, мы стали на путях наиболее вероятного действия резервов противника на южном и западном направлении. Сопротивление врага нарастает. Количество танков у него увеличивается. К нашему счастью авиация противника бездействует. Оперативные резервы противника или не подошли, или группируются где-то вне участка нашего действия. Ещё раз приходится сожалеть, что раздробили наш корпус. Связи с 61 к.д. нет.

5. ДЕЙСТВИЯ 61 К.Д. В ОТРЫВЕ ОТ КОРПУСА.

Будет не полная боевая история 4 к.к., если не осветить действия 61 к.д., когда она была оторвана от корпуса и самостоятельно действовала на левом крыле 51 армии. Боевую жизнь 61 к.д. с 22 ноября по 9 декабря 1942 года восстановим по документам, которые имелись в штабе корпуса. В ночь с 21 по 22 ноября 1942 года в Абгонерово был получен приказ заместителя командующего Сталинградским фронтом, генерал-лейтенанта Попова, что на 61 к.д. корпуса возлагается решение самостоятельной боевой задачи:
— войти в район Уманцево и действовать на тылы 4 п.д. Румын, оборонявших Тундутов, Садовое, Обильное, фронтом на Восток, взаимодействуя с 91 с.д. Проведение операции возложено было на командира 61 к.д., полковника Ставенкова. Представителем командования корпуса по распоряжению заместителя командующего фронтом, был назначен, заместитель командира 4 к.к., генерал-майор Кулиев. Кроме данных о том, что на фронте Тундутово, Садовое, Обильное обороняется 4 п.д. румын, о противнике в предстоящих действиях, командованию 61 к.д., ничего не было известно. Командир корпуса решил для проведения операции усилить 61 к.д. – батареей РС, батареей 149 иптап и тремя бронемашинами.
В 10 часов 22 ноября 1942 года дивизия выступила на Абгонерово, имея в передовом отряде 222 к.п. Конский состав дивизии, совершив в течение 20 – 21 ноября 1942 года большие марши, после непродолжительного отдыха в Абгонерово, был очень сильно утомлён. В 13 часов головной отряд, подойдя к кургану Соляной, встретил конную разведку противника, которая, не приняв бой, отошла к кургану Соляной. Продвигаясь вперёд, головной отряд попал под миномётный огонь, который вёлся противником из-за Кургана Соляной и был вынужден продолжать движение спешившись. Так как действия головного отряда, направленные на вскрытие системы обороны и огня не привели к желаемому результату. Командир дивизии в 14 часов поставил задачу командиру 222 к.п.:
— наступая на курган Соляной с севера и северо-востока, боем разведать расположение противника на этом рубеже.
Условия местности благоприятствовали созданию обороны. Сопки в сочетании с балками представляли естественный рубеж, очень выгодный для расположения живой силы и огневых средств. Действия 222 к.п. успеха не имели. Полк, попав под сильный артиллерийский огонь, был вынужден залечь. Командир дивизии решил наступать, охватывая противника с северо-запада и северо-востока. 222 к.п. получил задачу наступать с севера и севера-востока. 222 к.п. наносил удар своим правым флангом в юго-восточном направлении, имея в дальнейшем задачу, достигнуть южных скатов кургана Соляной.
— 219 к.п. оставался во втором эшелоне, находясь за 222 к.п., батареи конного артиллерийского дивизиона были розданы полкам.
Противник упорно держался на занятых позициях. На рассвете противник предпринял контратаку. До батальона его пехоты, поддержанный сильным артиллерийским и пулемётным огнём, начал наступление на правый фланг 213 к.п. Залп трёх установок РС рассеял контратакующую пехоту. После короткой артподготовки, в 8 часов 23 ноября 213 и 222 к.п. начали наступление. Артиллерия сопровождала пехоту непосредственно в боевых порядках. Преодолевая сопротивление противника, части продвигались вперёд, выбивая противника из его опорных пунктов. Противник начал отход в южном направлении.
Как только обозначился отход противника, командир дивизии приказал:
— командиру 219 к.п. атаковать отходящего противника в конном строю во фланг и тыл, отрезая пути отхода на Уманцево;
— 213 к.п. содействовать 219 к.п., атакуя в конном строю с юго-запада.
Атака произошла неодновременно. 219 к.п., используя складки местности, вышел незаметно для противника на его тылы, развернулся и в стремительной конной атаке, обрушился на отступающих румын. Выдвижение коноводов 213 к.п., было замечено противником, который, сосредоточив по ним сильный артиллерийский огонь, не позволил во время подать бойцам лошадей и полк запоздал, поэтому полного уничтожения противника достигнуть не удалось. К 14 часам район кургана Соляной был окончательно очищен от противника. По итогам боя было захвачено 15 орудий, 25 пулемётов и миномётов, до 300 винтовок, убито 300 фашистов и взято в плен 100. После короткой передышки, дивизия продолжила движение на Уманцево.
По данным пленных, Уманцево оборонял 2 к.п., 8 к.д. румын, там же находился и штаб 8 к.д. Командир дивизии решил овладеть Уманцево внезапным конным ударом, на рассвете. Полкам была поставлена задача:
— 213 к.п. наносил удар с запада;
— 222 к.п. в пешем строю с севера;
— 219 к.п., следуя на Коробкино, уничтожает его гарнизон и к 6 часам 30 минутам 24 ноября должен выйти к Уманцево с востока и юго-востока.
Таким образом, 213 и 219 к.п., охватывая противника, расположенного в Уманцево с запада и востока, окружают его и отрезают ему пути отхода. В 4 часа 45 минут главные силы дивизии подошли к Уманцево. Высланная вперёд разведка доложила, что противник, оставив село, занимает обороны южнее его окраины, по гребню сопки. В 6 часов части дивизии начали наступление. Противник, не выдержав конного удара 213 и 219 к.п., оставив на поле свыше 400 трупов фашистов, 150 пленных, всю артиллерию, начал отходить в панике на юг и юго-запад.
После короткого преследования противника, дивизия остановилась в Уманцево на отдых, заняв оборону на рубеже – урочище Сальский бугор. В 2 часа 25 ноября командиром 61 к.д. был получен по радио командующего 51 армии. Дивизии ставилась задача к исходу 25 ноября сосредоточиться в Даргонове. 25 – 26 ноября 1942 года, период действия дивизии в направлении Даргонов, обстановка на фронте 51А, была следующая:
— 81 к.д., овладев 25 ноября Громославской, Нижним Кумским, выполняла приказ командующего 51А на овладение Котельниково, 6 ноября находилась на марше в районе Верхне Кумский, Генераловский;
— 126 с.д. сосредоточившись 24 ноября в городе Аксай, вела бои с контр наступающими частями противника юго-западнее Аксай;
— 302 с.д. 26 ноября сосредотачивалась в Капкинский;
— 91 с.д. выходила в район Уманцево.
Данных о противнике в направлении действий 61 к.д. не было ни в штабе 51А, ни в штабе дивизии. На Уманцево дивизия выступила в 6 часов 25 ноября. В 12 часов, подходя к населённому пункту Эргин, головные части дивизии встретили 6 средних танков противника. Распоряжением командира дивизии, батарея 149 иптап выдвинулась вперёд, заняла опорный пункт и открыла огонь. Танки остановились, ведя наблюдение. Вскоре подошло ещё 8 танков, и начали обстреливать опорный пункт батареи. После короткого огневого боя танки отошли в населённый пункт Шарнутовский. Совместно с танками действовало свыше роты пехоты. 213 к.п., преследуя противника, в 21 час 30 минут овладел населённым пунктом Эргин. Продолжая наступать, полк на восточной окраине Шарнутовский встретил упорное сопротивление противника – 4 тяжёлых танка, до роты автоматчиков. Командир дивизии, учитывая незначительные силы противника перед фронтом, но, видя хорошо подготовленные позиции фрицев, решил нанести удар 222 к.п. с севера, 213 к.п. с юга и овладеть к утру населённым пунктом Шарнутовский. Части начали действовать в 24 часа. До утра продолжался упорный бой за каждый дом посёлка. 213 к.п., продвигаясь вперёд, не выслал вперёд боевые разъезды и попал в засаду. Противник, создав огневой мешок, в течении дня держал полк под огневым воздействием с окружающих высот, не давая полку отойти на более выгодный рубеж. Действие пехоты противника поддерживало до 15 танков. Одновременно 29 танков контр атаковали боевые порядки 222 к.п., огневые позиции артиллерии на его участке и обозы. Танки, подавив большую часть пушек, отошли. Имея против себя свыше 45 танков, потеряв до трёх батарей артиллерии и большого количества личного состава, в невыгодном для дивизии затяжном пехотном бою, командир дивизии приказал начать отход на Уманцево.
Дивизия начала отход в 22 час 26 ноября и к 5 часам 27 ноября вышла в район Уманцево, где, заняв оборону, стала приводить себя в порядок. В этом бою дивизия понесла большие потери в живой силе и материальной части артиллерии. Был убит командир 213 к.п. майор Левик. Обессиленная, и почти без орудий 61 к.д. не могла успешно решать задачи, тем более, что у противника на этом участке фронта всё больше появляется танков. До соединения с корпусом 9 декабря, дивизия с большим упорством, остатками сил и средств, сдерживала натиск противника, не давая ему возможности выйти в тыл 51А.
6. БОЙ ЗА ГОРОД КОТЕЛЬНИКОВО 27 НОЯБРЯ 1942 ГОДА.

ПЕРВЫЙ БОЙ.

С занятием города Аксай, закончился первый этап боевых действий. Корпус вышел на путь наиболее вероятного действия резервов противника с юга и запада. Нарастающее сопротивление противника и увеличивающееся количество его танков, указывают на возможность столкновения в дальнейшем с его сильными, а возможно и свежими резервами. 24 ноября 1942 года в городе Аксай, командир корпуса получил устное приказание от заместителя командующего фронтом генерал-лейтенанта Попова:
— управление корпуса и 81 к.д. сосредоточиться к утру 25 ноября в районе населённого пункта Громославка и Нижний Кумский.
Сосредотачиваясь в этом районе корпус, без 61 к.д., выходил на правый фланг 51А. О 61 к.д. известно, что она передана в подчинение 51А и 25 ноября сосредотачивается в населённом пункте Даргонов. Обстановка совсем неясная. Сверху информация о противнике не поступает. Наша разведка глубоко проникнуть в тыл противника не может. Дивизии корпуса действовали в различных направлениях, удаляясь друг от друга. Командование корпуса о действиях 61 к.д. имело лишь отрывочные данные. Данных о противнике в районе предстоящих действий частей корпуса, у командования 51А не было. Корпус только имел сведения о находящемся только перед фронтом дивизии противнике.
25 ноября 81 к.д. после непродолжительных боёв отбросила противника на запад в направлении населённого пункта Ивановка. Части дивизии сосредоточились в населённых пунктах Нижний Кумский, Громославка, а штаб корпуса и корпусные части расположились в населённом пункте Ивановка. В бою под Ивановка и Громославка перд 81 к.д. находились моторизованные подразделения немцев. В 22 часа 25 ноября был получен приказ командарма 51А. Этим приказом предписывалось, что корпус подчинён командарму 51А. Ставилась задача:
— Выступить в ночь 25 ноября по маршруту; Громославка, Верхний Кумский, Генеральский, Верхний Яблочный, Котельниково и к исходу 26 ноября выйти передовыми частями в район Котельниково. С утра 27 ноября 1942 года овладеть Котельниково.
В приказе указывалось, что 61 к.д. к исходу 26 ноября выйдет в Котельниково с востока, а 126 с.д. будет наступать вдоль железной доги к Котельниково с востока. Корпусу предстояло в течении суток пройти 95 километров, а отдых после боевых действий 25 ноября был коротким, и было пройдено с боями 50 километров. Конечно, от людей и конского состава требовалось очень большое напряжение в предстоящем 27 ноября бою за Котельниково. Проведение операции по освобождению Котельниково возглавляет штаб 51А.
Части корпуса во второй половине дня 26 ноября, тесня противника, вышли в район Новоаксайский – Генеральский и стали на большой привал. Артиллерия и 4 иптап организовали противотанковую оборону. Зенитный дивизион корпуса занял огневую позицию. Впервые, с начала боёв, авиация противника произвела на нас налёт. На позиции сброшено более 50 бомб. Несколько раз самолёты заходили на бреющий полёт и прочёсывали пулемётным огнём расположение частей. Наш зенитный дивизион сбил одного разведчика, Хенкеля и бомбардировщик. Экипажи фашистов погибли. В результате авиа налёта мы потеряли 10 бойцов и до 100 лошадей. Во время большого привала прибыл офицер связи фронта. Он проинформировал нас о положении дел на фронте и сообщил, что на время предстоящей операции корпусу придаётся танковый батальон и дивизион РС с двумя залпами.
К исходу 26 ноября к вам должны присоединиться запланированные части пехоты и 61 к.д. Нас это очень порадовало. По некоторым разведданным и другим признакам, командир корпуса считал, что Котельниково для противника имеет какое-то особенное значение. Командир корпуса учитывает это обстоятельство, необходимость быстрых и решительных действий и возможность одновременного удара всеми частями, выделенными армией для этой цели. Вечером 26 ноября командир корпуса отдал боевой приказ:
— 81 к.д., усиленная тремя батареями 149 иптап и зенитным дивизионом, наносит удар вдоль шоссе на Котельниково и к утру 27 ноября, овладевает северной и северо-западной окраиной города. В дальнейшем дивизия выходит на рубеж Захарово – Балка Малый Лог;
— корпусной резерв – дивизион РС, учебный дивизион, 4 иптд и батарея 4 иптап – двигается за 81 к.д. перекатами в готовности развернуться в угрожающем для 81 к.д. направлении.
Штабу корпуса удалось связаться с 61 к.д. и поставить ей задачу:
— в ночь на 27 ноября оторваться от противника, выйти к Котельниково и совместно с 81 к.д. атаковать противника с востока.
Это всё, что удалось передать 61 к.д., так как связь была вновь прервана. 81 к.д. в ночь на 27 ноября выступила для выполнения поставленной задачи.
В передовом отряде 232 к.п. с батареей к.а.д. и батареей иптап. Задача передового отряда, захватить северную окраину Котельниково. На рассвете 27 ноября передовой отряд подошёл к городу Котельниково. Четвёртый эскадрон ворвался на северную окраину города и завязал бой. Полк спешился и начал наступление. Батареи резерва корпуса выдвинулись вперёд на поддержку передового отряда. Наступление шло успешно. Четвёртый эскадрон занял северную окраину города, а первый и второй эскадроны заняли посёлок Котельниково, который оборонялся батальоном румын. В посёлке Котельниково поймали полицая, пытавшегося убежать из города. Он рассказал, что в городе кроме румын находится полк немецкой пехоты и 60 танков. Город сильно укреплён. С северной стороны имеются минные заграждения и дзоты. Противник под прикрытием сильного артиллерийского и миномётного огня перешёл в контр атаку на первый и второй эскадроны, которые вынуждены были отойти за железную дорогу и там закрепиться.
С командного пункта хорошо просматривалась оборона противника. Действительно, город сильно укреплён. Видны две линии траншей, опоясывающих город с севера и юга, проволочные заграждения. На станции Котельниково видно большое скопление железнодорожного состава. Также были видны артиллерийские позиции противника за посёлком Котельниково и в самом городе. Командир корпуса, получив сведения, что западная сторона города укреплена слабо, приказал командиру дивизии:
— 216 и 227 к.п. ввести в бой правее 232 к.п. и нанести удар именно с северо-запада и с запада. На случай возможного прорыва танков и мотопехоты противника с севера в тыл наступающим полкам, командир корпуса приказал развернуть корпусной резерв на участке 232 к.п. Так 216 и 227 к.п. через Захарово вышли на левый берег реки Аксай – Курмоярский, и в спешном порядке повели наступление. 227 к.п., действуя правее 232 к.п., наступает на северо-западную окраину. Сбив охранение противника, полк дружной атакой занял первую линию траншей и вышел на окраину города, но дальше продвинуться не смог.
Под сильным артиллерийским и пулемётным огнём полк закрепился на окраине. Наша артиллерия поддерживала наступление полка с правого берега реки, так как на левый берег переправиться не смогла. В полдень к Котельниково со стороны Жутово на большой скорости подошли два эшелона с 10 – 12 вагонов и платформ в каждом. С платформ эшелонов противник открыл по наступающему 227 к.п.интенсивный артиллерийский огонь из автоматических пушек. Из вагонов высаживалась и пехота, и сразу пошла в атаку. Полк отбил атаку и перешёл к обороне, используя занятую первую линию траншей.
216 к.п. наступал вправо от 227 к.п. и к 14 часам успешной атакой выбил противника из первой траншеи и занял западную окраину города. Подготовить дальнейшую атаку полков было нечем. 126 с.д. и 61 к.д., скованные противником не подошли. Одновременного удара не получилось. Обещанные штабом фронта, батальон танков и дивизион РС не подошли. Снаряды были на исходе. Корпусной дивизион РС имел всего четверть залпа. Часть батарей к.а.д. была уничтожена противником. Батареи 149 иптап были задействованы для отражения непрекращающихся танковых атак. Противник подбрасывал всё новые резервы.
Вечерело. Погода резко изменилась. Густые низкие тучи заволокли весь небосклон. Ветер усиливается с каждым часом. Быстро темнеет. Начиналась вьюга. 232 к.п. перешёл к обороне на рубеже – северная окраина города – железная дорога. Против него противник перешёл в контр атаку. Батальон немецкой пехоты с 11 танками обошёл левый фланг полка и нанёс удар с тыла. Танки вышли на огневые позиции батарей. Командир 149 иптап, майор Снегирёв вовремя заметил угрозу и бросил две батареи на встречу атакующим фашистам. Завязался ближний бой орудий с танками. Батарею лейтенанта Теленченко атаковали 8 танков противника. Командир батареи тяжело ранен. Ранен командир огневого взвода, лейтенант Недомерко. Командование батареей принял командир взвода управления, лейтенант Олейников Н. Н. Батарея вступила в неравный бой и, подбив три танка, заставила остальные танки отойти. Вторая батарея, на которой находился командир 149 иптап майор Снегирёв, подбив два танка, перенесла огонь по пехотным цепям противника. Батарея лейтенанта Олейникова, разделавшись с танками, тоже перенесла огонь по пехоте противника. В это время командир 232 к.п. майор Дрозд с третьим эскадроном, при поддержке двух орудий батареи к.а.д., успешно атаковал дрогнувшего противника. Хотя контр атака противника отбита, но активность его нарастает.
Падает крупный мокрый снег. Ветер зло завывает. Разошёлся степной буран. Полки окапываются на занятых рубежах. Сгущаются сумерки. На северной и северо-западной окраине города у противника заметно оживление. От железной дороги движется большая колонна танков и автомашин. Начинается новая контр атака одновременно с двух направлений на 232 и 227 к.п. Группа из 8 танков и 6 бронемашин при поддержке артиллерии и миномётов с батальоном румын атакует левый фланг к.п. – 2 эскадрона. Эскадрон не дрогнул. В дело вступили истребители танков. Из своих противотанковых ружей, они подбили 2 танка и подбили бронемашину. С правого берега реки Аксай две наших батареи своим огнём не допускают пехоту противника для атаки эскадронов. Противник отошёл. На северной окраине вновь назрела серьёзная обстановка. 20 танков и до батальона фашистской пехоты при поддержке двух гаубичных батарей, которые вели огонь из центра города, вновь контр атаковали 232 к.п. Противник прорвался в тыл полка. Эскадроны начали отход на правый фланг. Погиб командир полка майор Дрозд. Полк потерял управление.
Темнело. Бушевала метель. От мокрого снега размокли дороги. Эскадроны 232 к.п. самостоятельно отходили на Верхне Яблочный. Танки противника мнут тыл полка и выходят на огневые позиции уцелевших батарей. Командир 149 иптап майор Снегирёв успел к этому времени в своих руках сосредоточить две батареи, направив их на атакующие группы танков. 10 танков, отделившись от общей группе, двинулись на батарею 149 иптап, которой теперь командовал лейтенант Олейников. Он только что сменил огневую позицию. Одно орудие батареи под командованием командира взвода лейтенанта Павличенко, остановилась, не дойдя метров 500 до новых позиций батареи. Оказалось, что отказал мотор виллиса. Орудие снято с передков и приготовлено к бою. Танки навалились на орудие, и оно приняло бой. Подбиты 4 танка, но геройски пали отважный лейтенант и с ним бойца, казаха. Пехота противника устремилась для захвата трёх орудий лейтенанта Олейникова. Убийственная картечь по густым цепям противника, заставила её залечь. Используя темноту и отбиваясь картечью, лейтенант Олейников вывел свои отставшие орудия из боя, вынося с собой раненных. А правее всё слышатся частые выстрелы. Это ведут бой две батареи под командованием майора Снегирёва со второй группой танков. Буран разбушевался. Темнота сгустилась, и видимости нет. Командир корпуса приказал вывести войска из боя и сосредоточиться в Похлёбино. Противник не преследовал.
К утру части корпуса сосредоточились в Похлёбино, кроме 232 к.п., который отошёл в Верхне Яблочный. Корпус понёс большие потери. Части корпуса вели бой отважно, но наших сил было явно не достаточно. Котельниково оказалось сильно укреплённым пунктом, и противник упорно удерживал его значительными силами. В бою за Котельниково части проявили упорство и большую выдержку в бою с танками. Корпус наступал смело и энергично. Можно сделать такой вывод. Проведённые бои показали стойкость наших воинов и неумелое руководство, и организацию операции со стороны 51А.

7. ВТОРАЯ ОПЕРАЦИЯ ПОД КОТЕЛЬНИКОВО.

БОЙ ПОД ПОХЛЕБИНО. МУЖЕСТВО.
Первый бой за Котельниково показал, что противник не случайно укрепляет этот пункт и упорно за него дерётся. Здесь сосредотачиваются его части, отходящие под ударами войск 51А. Не исключена возможность, что в Котельниково подходят свежие резервы фашистов. Котельниково становится основной оперативной базой противника для прорыва к его осаждённой Сталинградской группировке и возможного последующего освобождения. Активность противника нарастает. Проводить глубокую разведку корпус не в состоянии. У нас для этого нет технических средств, а конной разведке без поддержки танков, не прорваться за линию фронта через танковую завесу противника.
Танки и мотопехота противника вплотную подошли к нашему боевому охранению и стремятся проникнуть в глубину нашей обороны. Утром 28 ноября вражеские бронемашины пытались ворваться в населённый пункт Верхний Курмоярский, но встреченные плотным огнём артиллерии, отошли. Авиация противника усилила своё действие на нашем участке фронта. Ежедневно приходится ожидать от 4-х до 6-ти авиа налётов. В результате этих авиа налётов, мы несли значительные потери. Противник упорно сопротивляется продвижению правого фланга армии на юг:
— 302 с.д. удерживается на рубеже Челеков — Небыковский;
— 126 с.д. вышла на рубеж Пимен – Черни – Кошара 2;
— 61 к.д. вышла на рубеж Поперечный – Бударка и дальше не может продвинуться.
— Корпус, без 61 к.д., перешёл к обороне на рубеже Верхне Курмоярский – Нижне Яблочный – Верхне Яблочный.
На усиление корпуса 28 ноября 1942 года прибыла 85 т.бр. в составе 17 танков Т-70, 9 танков Т-34 и 3-х танков КВ. Бригада сосредоточилась в населённом пункте Генеральский, не имея горючего. Это усиление запоздало, но и теперь, это имело очень важное значение. Продовольствие также было на исходе. Фураж закончился. Коней кормим соломой. Нет горючего. Батареи 149 иптап стоят в противотанковой обороне и не могут сменять огневые позиции. Связи с 61 к.д. нет. Автопарк неподвижен. Штаб корпуса и дивизии поставили в известность о создавшемся положении, штаб 51А. Авиация противника, безнаказанно бомбит штаб корпуса и 81 к.д., нанося потери в людском и конском составе.
Вечером 29 ноября из армии получен боевой приказ, в котором корпусу, без 61 к.д., была поставлена задача:
— к исходу 29 ноября передовыми отрядами с боем прорвать оборону Котельниково и закрепиться до общей атаки, которая намечена на 30 ноября в 12 часов. В приказе указывается, что корпус атакует Котельниково с запада:
— 302 с.д. атакует с северо-востока и с востока;
— 126 с.д. атакует с востока и юго-востока;
— 61 к.д. захватывает станцию Мелиоративный и населённый пункт Семичное, и не допускает отхода противника на юг.
Ночью 29 ноября во второй шифр телеграмме, штаб 51А, вновь подтвердил, чтобы бой за Котельниково продолжать до начала атаки, которая назначена в 12 часов 30 ноября 1942 года. Получается, что штаб 51А не сделал для себя надлежащих выводов из первой операции под Котельниково. Штаб корпуса отчётливо представляет создавшееся положение и просит армию отложить операцию до обеспечения своих механизированных и танковых подразделений горючим. Не получив ответа, корпус с 24 часов 29 ноября, приступил к выполнению приказа, без поддержки танков, РС и противотанковой артиллерии. Утром 30 ноября приостановил выполнение операции, и приказал частям корпуса занять оборону на рубеже:
— Весёлый, Сафронов, Нижне Яблочный, Верхне Яблочный и продолжать разведку на запад и юг;
— подвести горючее и готовиться к захвату Котельниково.
Приказано выслать передовой отряд с задачей разведки западной окраины Котельниково.
— 81 к.д., которая к моменту получения приказа прошла 15 километров, возвратилась и заняла оборону на указанном рубеже.
Высланный передовой отряд не смог проникнуть в Котельниково. В районе Захарова, он был окружён танками и мотопехотой противника. До ночи передовой отряд вёл тяжёлый бой в окружении противником. Потеряв 30 человек личного состава, всех 108 лошадей и два орудия, передовой отряд ночью смог выйти из окружения.
На усиление корпуса прибыл 249 дивизион РС с двумя залпами. Усиление, это хорошо, но двух залпов мало. Корпус мобилизовал все средства на подвоз горючего. Танковая разведка противника настойчиво стремится проникнуть в нашу оборону, но каждый раз её останавливают наши замаскированные артиллерийские батареи. Огневые позиции батарей приходится менять только ночью. Совместно с батареями располагаются с противотанковыми ружьями, истребители танков. Широко раскинута сеть наблюдательных пунктов и налажено оповещение о танковой опасности. Связь со штабом армии работает нормально, но информации о положении дел на фронте не поступает. Попытки связаться с 61 к.д., с 116 к.п., с 302 к.п. оканчивались неудачей. Армия даже не даёт позывных. Интересно отметить одну черту, присущую коннице. От бойцов часто слышишь:
— Лучше нам идти на них, чем ждать, когда они подойдут к нам.
В 12 часов 42 минуты штаб 51А поставил корпус в известность, чтобы с утра 2 декабря, быть готовым совместно с 302 с.д., овладеть Котельниково. Ночью с 1 на 2 декабря, получен приказ командира 51А, которым корпусу, без 61 к.д., с 85 т.бр. ставилась задача:
— прикрывшись от реки Дон, на 11 часов 2 декабря 1942 года выйти на рубеж Майорский – Захаров, а к исходу 2 декабря, овладеть западной частью Котельниково, в дальнейшем развивать удар на Дубровское. Левее наступает 302 с.д., которая к исходу 2 декабря овладевает восточной частью Котельниково.
В приказе ничего не было сказано о 126 с.д. и 61 к.д. Штаб корпуса отдал предварительное боевое распоряжение о готовности с утра 2 декабря, начать боевые действия по овладению Котельниково. В штаб 51А ещё раз отправлено донесение об отсутствии в корпусе горючего, в связи, с чем ни 85 т.бр., ни 149 иптап с дивизионом РС выступить не могут. На этот доклад командарм приказал:
— Действие приказа по овладению Котельниково, приостановить до особого распоряжения.
В ночь с 2 на 3 декабря, штаб корпуса доложил штабу 51А, что части корпуса, пополнились горючим до одной заправки. Командарм сразу же приказал с утра 3 декабря начать выполнение приказа от 1 декабря по овладению Котельниково. Обстановка в районе Котельниково после первого боя резко изменилась. Противник превратил в опорные пункты не только Котельниково, но и Майорский, Захаров, Похлебино, Семяной. Разведка доносит о большом движении машин от Дона на Котельниково. Не исключена возможность подхода свежих резервов противника. Корпус не имел связи с частями, с которыми должен был войти во взаимодействие. Штабом 51А предстоящая организация была организована плохо. Ясно одно, предстоящая операция целиком легла на корпус без 61 к.д. и без 302 с.д. и 126 с.д.
По решению командира корпуса план операции сводится к следующему:
— 81 к.д. придаются 85 т.бр., мотобатальон, 2 батареи 149 итпап, эскадрон иптд.
— Передовой отряд – рота танков и мотопехоты.
— 85 т.бр. к 11 часам 3 декабря обеспечивает захват 81 к.д. населённых пунктов Майорский и Похлебино.
В дальнейшем 81 к.д. двумя полками совместно с 85 т.бр. захватывают западную окраину Котельниково, а одним полком с мотопехотой, населённый пункт Семичный.
— Второй эскадрон учебного дивизиона с двумя орудиями удерживает Верхне Яблочный, не допуская прорыва противника на север.
— В резерве корпуса – первый эскадрон учебного дивизиона, эскадрон 4 иптд, батарея 149 иптап, дивизион РС.
Командир корпуса решил своим резервом занять опорный пункт Весёлый, считая, что если не будет одновременного удара на Котельниково всеми соединениями, назначенными приказом 51А, то противник может своими танками совершить охват фланга дивизии и выйти в тыл корпуса, а в дальнейшем на фланг правого крыла 51А. Решение командира корпуса продиктовано отсутствием уверенности во взаимодействии с 302 с.д. и 61 к.д., в виду отсутствия с ними связи.
В 7 часов 3 декабря 1942 года, 81 к.д. с приданными частями выступила на выполнении боевой задачи. Мороз усиливается. Снега нет, но гололёдица. День обещает быть солнечным. Бойцы ведут лошадей в поводу. Тихо кругом. Передовой отряд запоздал с выступлением и сбился с заданного направления. Главные силы остановились и рассредоточились по балкам. Артиллерийские батареи и истребители танков заняли позиции на случай внезапного нападения танков противника. Неприятная и опасная обстановка. Более двух часов простояли на месте. В полдень передовой отряд севернее Похлебино, встретил упорное сопротивление противника. Район населённого пункта Похлебино действительно превращён в опорный пункт. Окопы, дзоты, хорошо укрытые противотанковые орудия, артиллерия и миномёты создавали прочную систему обороны. В Похлебино отмечено наличие танков.
Бой передового отряда послужил сигналом к развёртыванию для атаки 216 к.п. и 85 т.бр. первого эшелона дивизии. 216 к.п. повёл атаку на Похлебино с фронта, 85 т.бр. охватила левый фланг противника. Хорошо замаскированные противотанковые орудия противника, встретили наши атакующие танки плотным огнём. Один танк загорелся, но это не остановило атаки. Стремительно 216 к.п. и 85 т.бр. ворвались в Похлебино. Противник в панике бежал, оставив на месте две гаубичные батареи с тягачами, шесть противотанковых орудий, много автомашин, тягачей и боеприпасов. Противотанковые орудия фашистов были хорошо укрыты. Для каждого орудия был отрыт специальный окоп, закрытый сверху и замаскированный под тон местности. Окоп имел три выхода, и орудие могло вести огонь, меня своё положение в трёх направлениях. Такую противотанковую позицию издали разведать трудно. Также были захвачены пленные и оперативная карта.
Из допроса пленных установлено, что Похлебино обороняли две роты 114 м.п., 6 т.д. Эта дивизия полностью укомплектована и переброшена из Франции. Штаб размещался в Котельниково. В населённом пункте Майорский, размещался батальон этого же полка. Значит, мы столкнулись со свежими резервами противника, переброшенными из глубины. Котельниково является центром организации контр наступления с целью оказания помощи окружённой Сталинградской группировки противника. Теперь намерения противника стали ясными. Столь важные сведения, добытые в результате боя, незамедлительно были доложены в штаб 51А. Наши наступающие части, не задерживаясь, в Похлебино вышли на свои направления по овладению Котельниково. Наступление вначале развернулось успешно. 216 к.п. вышел в двух километрах южнее Похлебино. Правее его наступает 232 к.п., а левее 227 к.п. Передовой отряд из-за отсутствия горючего дальнейшее движение прекратил. 85 т.бр. сосредоточилась на северо-восточной окраине Похлебино, и принять участие в дальнейшем наступлении не может, из-за отсутствия горючего. Противник группирует танки и усиливает по наступающим артиллерийский и миномётный огонь.
Танковыми контр атаками противник стремится сдерживать наше наступление. Наступление наших войск затормаживается. Полки переходят к обороне. Вечереет. У противника сильное оживление. Колонны машин следуют от Дона на Котельниково. Группы по 10 – 20 танков накапливаются в балках, напротив нашего правого фланга. Отдельные танки противник на левом фланге подошли к рекам Курмоярский и Аксай и взяли под обстрел подходы к Похлебино со стороны населённого пункта Весёлый. На 232 к.п. противник ведёт сильную контр атаку. Более 40 танков, за которыми густыми цепями двигается пехота, рвутся смять полк. Из населённых пунктов Захаров и Майорский, до 6 артиллерийских и миномётных батарей противника сосредоточили свой огонь по расположениям полка. 232 к.п. несёт большие потери, но занятых позиций не покидает. Две батареи 149 иптап, из резерва дивизии брошены на встречу контр атакующим танкам противника, а 85 т.бр. ведёт огонь с места, горючего нет.
В штаб корпуса дана заявка произвести один залп дивизионом РС по населённому пункту Захаров, откуда противник ведёт сильный артиллерийский и миномётный огонь. Горят танки противника. Наши полковые батареи и миномёты сосредоточили свой огонь по пехоте. Несколько танков противника прорвалось в тыл полка, но встреченные огнём артиллерии и огнём наших танков 85 т.бр., были сожжены и подбиты. Шум боя не заглушил шипения летящего залпа РС. Как удар громадных молотов разрывы залпа обрушились на Захаров. Контр атака отбита. Артиллерийский и миномётный огонь противника, после залпа РС, не возобновлялся.
Командир 81 к.д. принял решение перейти к обороне до подвоза горючего 85 т.бр. Наступила темнота. Со стороны противника слышен непрерывный шум мотов и лязг гусениц. Наибольшая концентрация сил противника на участках против 216 к.п. и 232 к.п. Наблюдается большое движение танков на правом фланге дивизии. Назрела опасность, что к утру, противник может окружить дивизию. Район населённого пункта Похлебино расположен на дне очень широкой и глубокой балки. Местность всюду проходимая, кроме реки Аксай. Оборона дивизии оказалась в чрезвычайно невыгодном положении. Фланги открытые, местность всюду проходимая. Большое количество балок, где можно осуществить скрытый подход сил противника. Большой разрыв с соседом слева. Противник занимает настолько главенствующую по высоте местность, что наш район обороны просматривается им до мелочей.
На левом фланге, возле стога сена наблюдательные пункты мой, начальника артиллерии дивизии, майора Скворцова и командира 149 иптап, майора Снегирёва. Каждый из нас понимал всю серьёзность и важность создавшегося положения. С наступлением темноты, ещё раз проверили противотанковую оборону и организовали подвоз из артиллерийского парка снарядов. Каждый из нас понимал не только тяжесть создавшейся обстановки, но и всю ответственность создавшегося положения. Штаб корпуса непрерывно информировал штаб 51А о создавшейся обстановке. Командир корпуса вполне отдаёт себе отчёт в неизбежности поражения в сложившейся обстановке и шифром и через офицера связи армии, просит разрешения отвести части корпуса на рубеж: Верхне Курмоярский – Нижне Яблочный – Сафронов, так как одна дивизия выполнить операцию не сможет, а 302с.д., 126 с.д. и 61 к.д. скованы противником и к Котельниково не смогут приблизиться.
Командарм шифр телеграммой приказал:
— выполнять поставленную задачу, имея ближайший задачей до начала рассвета овладеть населёнными пунктами Майорский, Захаров, Семичный и передовым отрядом разъезд Мелиоративный. Начало наступления назначено не позднее 7 часов 4 декабря 1942 года.
Одновременно указывалось, чтобы корпус имел в виду, что из района Поперечный, Кударка будет действовать 61 к.д. Два полка в направлении Караичев — колхоз имени Ленина и один полк в резерве командира дивизии. Необходимо выслать от нас передовой отряд в направлении населённого пункта Мелиоративный.
Командир корпуса в 19 часов отдал боевое приказание о продвижении наступления на Котельниково 4 декабря 1942 года. В 22 часа на командном пункте дивизии застаю командира дивизии полковника Бауштейна, его начальника штаба, полковника Терёхина, штабных работников и от штаба корпуса, начальника оперативного отдела майора Карпенко. Командир дивизии, товарищ Бауштейн, серьёзный и способный командир. Его штаб хорошо слажен. Все на своих местах, спокойны, но чрезвычайно утомлены. Обсуждаем создавшуюся обстановку. Наша оценка обстановки и выводы не расходятся. Выводы сводятся к следующему:
— Противник сосредоточил свои значительные резервы из танков и мотопехоты. Против дивизии к ночи уже сосредоточено более 100 танков. Цель противника – окружить и уничтожить дивизию. Высказано было предположение, что противник сосредотачивает большие средства, чтобы в кратчайший срок выйти на освобождение окружённой Сталинградской группировки фашистов через Котельниково.
Дивизия понесла значительные потери и не располагает силами и средствами продолжать наступление и захват Котельниково, тем более, что 85 т.бр. осталась без горючего. Наилучшим выходом из создавшегося положения – ночью отвести дивизию на новый рубеж обороны с тем, чтобы, заняв командный рубеж и уперев правый фланг в реку Дон, а левый в реки Курляндский и Аксай, не дать возможности противнику окружить дивизию и выйти в тыл нашим войскам. Договорились, чтобы мне выехать к командиру корпуса, доложить обстановку и добиться отвода сил дивизии. Я выехал в 24 часа. Дорога под обстрелом танков с правого берега реки Аксай. Пробираемся по балкам. В балках скопление коней, обозов, машин. Слышны редкие артиллерийские выстрелы, частый пулемётный огонь, сильный шум моторов, лязг гусениц. Ночь светлая, безветренная, безоблачная. Мороз усиливается. В тыл с фронта тянутся отдельные повозки, конные упряжки, всадники, машины. Паники нет, но люди хмурые. Командира корпуса застал в штабе. Здесь были командир корпуса, начальник штаба, начальник связи, начальник особого отдела и другие командиры.
Командир корпуса внимательно выслушал мой доклад и приказал связаться с командующим 51А. Около часа бились связисты, но напрасно. Остаётся одно, командиру корпуса взять на себя ответственность за отвод дивизии, пока позволяет обстановка, что мною и было предложено. Зная командира корпуса как решительного и инициативного командира, у меня была полная уверенность, что он не побоится взять на себя ответственность. Однако так не случилось. Комиссар корпуса и начальник особого отдела, ссылаясь на требование вышедшего приказа «ни шагу назад», категорически запротестовали отвести дивизию. Мои доказательства их не убедили. Может быть, так вышло потому, что никто из них не был в дивизии и не видел своими глазами угрожающей обстановки.
Утром с КП дивизии прибыл начальник оперативного отдела штаба корпуса, майор Карпенко, который доложил командиру корпуса о сложившейся обстановке на фронте дивизии и передал просьбу командира дивизии – отойти на линию Верхне Курмоярский – Нижне Яблочный. Командир корпуса приказал майору Карпенко, во что бы то ни стало связаться со штабом армии, доложить обстановку и просьбу, разрешить отвод дивизии. После долгих усилий, майор Карпенко установил связь, но ни командира 51А, ни начальника штаба армии на месте не было. К аппарату подошёл начальник оперативного отдела штаба армии, полковник Янушкевич. Выслушав доклад майора Карпенко, он заявил, что за паническое настроение у вашего командира корпуса. Мы ожидали, что вы доложите о взятии Котельниково. Пойду, доложу командиру армии. Так корпус на своё предложение об отводе дивизии, ответа не получил.
Командир корпуса оставил в силе боевое распоряжение о продолжении наступления с утра 4 декабря. Через армию, майор Карпенко связался с командиром 302 с.д., который сообщил, что удерживает старый рубеж. Ведёт бой с противником. Фашисты контр атакуют силами до полка пехоты с танками. Связаться с 126 с.д. и с 61 к.д. не удалось. Мы вновь оказались одни. Против нас 6 т.д. фашистов, полностью оснащённая, только что переправившаяся через Дон. За ночь 85 т.бр. пополнилась горючим до одной заправки и сосредоточилась на правом фланге дивизии, севернее Похлебино. На усиление дивизии прибыл 111 зенитный полк. К 7 часам 4 декабря командир дивизии перенёс из Похлебино свой КП к балке в двух километрах северо-западнее Похлебино. Утро наступило свежее, ясное. Все признаки, что наступает хороший день. Каким он станет для нас? С командиром корпуса, на его «фордике», едем в дивизию. Началась артиллерийская перестрелка. Чем ближе подъезжаем, тем сильнее нарастает шум боя. Осталось проехать одну балку, за которой начинался спуск к Похлебино. По ней нам проехать не удалось. На дне балки танки противника перерезали дорогу. Левее их за рекой Аксай 10 фашистских танков растянулись на широком фронте за нашим берегом. Дивизия понимает, что её окружают. Пробираемся по балкам на правый фланг дивизии, где сосредоточилась наша 85 т.бр. Наши танки замаскировались под стога сена и соломы и не подают никаких признаков жизни. В балках большое скопление лошадей, обозов, повозок, автомашин. Командир корпуса приказал всем тылам и коноводам немедленно, по балкам отойти в тыл корпуса, в район Верхне Курмоярский. Противник наносит по нашим войскам сильный артиллерийский и миномётный огонь из населённых пунктов Майорский и Цыган. Четыре тяжёлых батареи противника ведут огонь из Котельниково. Нарушилась связь дивизии с корпусом. Большое движение танков и автомашин противника из Котельниково и на север, в обход нашего правого фланга. Окопавшись за ночь, части дивизии не оставили рубежей обороны. С утра под прикрытием наших орудий и миномётов, начали медленное продвижение вперёд.
Я доложил командиру корпуса, что дальше ему идти не целесообразно и опасно и просил его, пока не поздно, вернуться в штаб корпуса, а я останусь здесь со своими подчинёнными. Командир корпуса согласился с моими доводами и сказал, что хорошо было бы послать в помощь вам надёжных людей и вывести скопившуюся массу лошадей, повозок вглубь нашей обороны.
4 декабря 1942 года противник вёл активную разведку мелкими танковыми группами. Нашей разведкой установлено скопление до 50 танков противника в Майорском, и усиленное движение автомашин из Котельниково. Со стороны Дона двигались отдельные группы танков в сторону Котельниково и на север. Примерно в 10 часов противник открыл по нашим частям сильный миномётный и артиллерийский огонь из населённых пунктов Цыган и Майорский. Тяжёлые батареи вели огонь из Котельниково. Огонь достигал большой плотности. Части нашей дивизии не оставляли занятого рубежа и медленно продвигались вперёд. В 11 часов противник предпринял первую контр атаку тридцатью танками с мотопехотой со стороны Майорского на позиции 216 к.п. Наши артиллерия и миномёты встретили контр атаку противника организованным огнём и не допустили его до расположения частей. Оставив на поле боя, пять горящих танков, противник отошёл.
Артиллерийский огонь противника усиливается и к 13 часам достигает наибольшего напряжения. Со стороны Котельниково на Майорский и далее, на восток, обнаружено движение автомашин. По дну балок проходят танки. Артиллерии приказано быть в готовности к отражению контр атак противника. В 13 часов 20 минут более 120 средних и тяжёлых танков с большим количеством мотопехоты начали действия по окружению частей 81 к.д. До 30 танков и батальон пехоты охватили 232 к.п. и 216 к.п. Свыше 90 танков развернулись с мотополком пехоты за правым флангом дивизии. Из этой группы до 30 танков с мотопехотой двинулись на КП дивизии. Группы в 40 и 20 танков с большим количеством пехоты, двигались на более глубокое окружение, охватывая расположение 85 т.бр. и перерезая пути отхода. До 10 танков противника появилось на правом берегу реки Аксай, Курмоярский, контролируя переправы и закрывая отход на правый берег реки. Окружение было глубоким и полным. Отдельные танки противника подходили к населённому пункту Весёлый, угрожая штабу корпуса.
Дальнейшее продвижение на Котельниково было невозможным. Назрел бой в окружении. Силы были далеко неравные. Удар танков принимает на себя артиллерия и особенно батареи 149 иптап, действуя совместно с огнём истребителей танков из противотанковых ружей. Миномётные батареи отсекают мотопехоту, следующую за танками. Бой разгорается. Орудийные расчёты не покидали орудий до последней минуты. Огонь вёлся до упора. Были частые случаи, когда окружённая со всех сторон батарея или отдельные орудия, производили свои последние геройские выстрелы с 5 – 10 метров и погибали смертью храбрых. Орудийные расчёты погибали. У орудий оставалось по одному, по два человека, но и эти орудия вели огонь по врагу до последнего снаряда. На КП дивизии обрушивается сосредоточенный огонь миномётов и тяжёлых батарей противника. До 30 танков, ведя на ходу пушечный и пулемётный огонь, развёрнутым фронтом охватывают КП с трёх сторон. На встречу танкам выдвигается батарея 149 иптап. Развернувшись с хода, батарея уничтожает 10 фашистских танков и гибнет, раздавленная гусеницами тяжёлых танков, выскочивших с тыла, в спину нашим артиллеристам. Штаб дивизии, окружённый фашистскими танками, геройски гибнет.
111 зенитный полк, прибывший ночью на правый фланг дивизии, пронимает на себя удар 20 фашистских танков, обходящих правый фланг штаба дивизии и уничтожив 3 танка, полк отходит в Крутые балки, оставив на месте боя одну разбитую батарею. В 14 часов 85 т.бр. вступила в бой с колонной танков. Жестокий бой. Со всех сторон видны горевшие танки. В 14 часов стало ясно, что дивизия полностью окружена. Танки и миномёты сжимали кольцо окружения. В это время отдельные группы танков противника направлялись в населённые пункты Весёлый и Верхне Курмоярский. Из оставшегося резерва корпуса; 4 иптд, одной батареи 149 иптап, на подступах к Верхне Курмоярский была организована оборона, чтобы не допустить прорыва танков противника на магистральные дороги и полного уничтожения корпуса. Дивизия вела упорный бой. Израсходованы снаряды, погибли орудия и люди. Только с наступлением темноты остатки наших войск стали выходить из окружения на Нижне Яблочный, неся на себе раненных.
Командир корпуса, доложив командарму об обстановке, получил приказание отвести части корпуса на рубеж:
— Верхне Курмоярский – Нижне Яблочный – Верхне Яблочный.
Корпус понёс большие потери. Не осталось орудий, миномётов. В полках осталось по 300 – 350 человек, из них до 40% раненных. Противник понёс значительные потери в личном составе и до 60 танков, не считая тех, которые были разбиты в клочья нашими тяжёлыми танками КВ.

Итог этой боевой операции:
— Корпус раскрыл группировку противника и его намерение прорвать наш фронт, опираясь на Котельниково с целью соединения с окружённой Сталинградской группировкой.
— Котельниковская операция была недостаточно организована штабом 51А как со стороны материальной базы, так и со стороны взаимодействия участвующих соединений.
— Эта операция раскрыла недооценку противника со стороны штаба армии, скудность разведданных о противнике и его группировке, недоверие информации снизу и безграмотность в анализе обстановке.
— Вследствие отделения 61 к.д., корпус потерял в своей ударной силе, маневре и не мог выполнить столь серьёзные задачи.
— Корпус своими действиями 3 и 4 декабря 1942 года нанёс значительный урон свежим частям противника. Снизил его активность, особенно 6 т.д., которая после этого боя была переформирована в бригаду. На ближайшие дни корпус приковал к себе и прекратил путь движения противника в кратчайших направлениях на основные магистральные дороги, по которой шло сосредоточение ударной армии.
8. ОБОРОНИТЕЛЬНЫЕ БОИ КОРПУСА.

После боя под Похлебино, Котельниковский плацдарм окончательно перешёл в руки противника. Этим закончился наступательный период действий корпуса. Согласно указаний армии, корпус оставшимися силами и средствами организовал 4 опорных противотанковых пункта: Нижне Яблочный, Сафронов, Верхне Яблочный и Верхне Курмоярский. Опорный пункт Верхне Курмоярский оборонялся 232 к.п. в составе 300 человек, 5 танков и 4 орудий. Танки окапываются и представляют собой огневые точки. Нижне Яблочный обороняется 227 к.п. в составе 300 человек, 5 танков и 4 орудий. Верхне Яблочный обороняется 216 к.п. в составе 530 человек, 5 танков и 4 орудий. Общая протяжённость фронта составляет 35 километров. В глубине обороны сосредотачивались наши свежие резервы. Корпус в своём составе после проведённых боёв, сильно поредел, и не представлял собой значительной ударной силы. Всего в корпусе насчитывалось 4 425 человек и 3 538 лошадей.
302 с.д. и 126 с.д. вели тяжёлые бои на прежних рубежах. Особое значение приобретал опорный пункт Верхне Яблочный, прикрывающий кратчайший выход со стороны Котельниково на рокадную дорогу: Потёмкинский – Генеральский – Абгонерово, по которой шло основное движение войск и грузов. Верхне Яблочный состоял из трёх опорных пунктов, связанных между собой огнём и маневром гарнизонов. Передний край обороны проходил в двух километрах южнее Верхне Яблочный, перерезая дорогу на Котельниково.
Вторая линия обороны шла севернее Верхне Яблочной.
Резерв составляли:
— взвод автоматчиков и взвод противотанковых ружей.
Авиация противника господствует в воздухе и беспрерывно бомбит наши позиции с утра до вечера. В один из налётов вражеских самолётов погиб начальник штаба артиллерии корпуса, храбрый и волевой командир, майор Павлов. Его обязанности принял на себя капитан Дашкевич Виктор Герасимович, молодой, энергичный и талантливый командир.
Стало известно, что 61 к.д., вновь присоединяется к корпусу. Выехавший на встречу 61 к.д. заместитель командира корпуса генерал-майор Кулиев, был тяжело ранен фашистским самолётом. Через два дня он скончался. Для корпуса это была большая утрата. 61 к.д. при подходе в район корпуса подвергалась жестокой бомбардировке с воздуха, в результате которых потеряла до 30% личного и конского состава, и только 19 декабря вновь соединилась с корпусом, заняв рубеж:
— Бирюков, Водянский и Заливский. Общее протяжение обороны корпуса достигло 40 километров.
12 декабря 1942 года в 8 часов, 19 бомбардировщиков противника бомбили расположение 216 к.п. в Верхне Яблочный. Бомбардировка носила ожесточённый характер и причинила большие потери в людском и конском составе. В 9 часов 6 бомбардировщиков противника повторили атаку. Одновременно со стороны Котельниково появились до 35 танков противника и мотопехота в 5 километрах южнее Верхне Яблочный. Развернувшись в боевой порядок, при поддержке артиллерии и миномётов, противник повёл наступление. Колонны противника до 40 танков и большое количество мотопехоты обходила левый фланг полка через балку Большая Яблочная, выходя на балку Песочная, чтобы перерезать дорогу Верхне Яблочный – Генеральский.
Самолёты противника контролировали дорогу и лощины, обстреливая их с бреющего полёта из пулемётов. Отдельные танки спустились в танки и лощины, перерезая пути отхода из Верхне Яблочный. Колонна в 18 танков и 20 автоматчиков с пехотой, отделившись от группы, выходящей из Генеральского, повернув фронт на 900, двинулись на запад, перерезая дорогу Верхне Яблочный – Нижне Яблочный. К 12 часам 216 к.п. был полностью окружён в Верхне Яблочном. Кольцо окружения было плотным и сжималось к центру обороны. Миномётный и артиллерийский огонь противника не прекращался ни на минуту. Авиация противника повторяла свои налёты. Полк, неся большие потери, в 15 часов 30 минут стал отходить на вторую линию обороны севернее Верхне Яблочный, который к тому же времени был окружён с тыла группой танков, направляющейся в Генеральский. Внутри кольца в самом посёлке на его северо-западной стороне, до самой темноты шла ожесточённая стрельба артиллерии и пулемётов, отбивающих атаки танков и автоматчиков противника. С наступлением темноты остатки подразделений 216 к.п. по балкам начали выход из окружения в направление Нижне Яблочный и Генеральский. Полк понёс очень большие потери. Противник оставил на поле боя 17 горящих танков и 28 автомашин и более 400 убитых солдат и офицеров.
Бой в Верхне Яблочный был последним крупным боем, оставшихся в строю частей корпуса, после которого корпус выполнял задачи подвижной обороны по обеспечению сосредоточения частей 2-й гвардейской армии, генерала Малиновского. Перед 2 Гв.А. стояла задача разбить и уничтожить, специально сформированную, сильную армию Манштейна, идущую на выручку окружённой группировки Паулюса.
В декабре Манштейн начал операцию по освобождению окружённой группировки Паулюса. Операция велась только из района Котельниково вдоль железной дороги. За три дня боёв противнику удалось продвинуться к Сталинграду на 45 километров и переправиться через реку Аксай – Есауловский. В районе Верхне Кумская началось жестокое сражение. Противник подошёл к осаждённой группировке Паулюса на расстояние 40 километров. В сражение вступила 2 Гв.А. генерала Малиновского, хорошо оснащённая всеми видами оружия, которая после жестоких боёв и сильных ударов по группе Манштейна, решила участь сражения в пользу советских войск. Манштейн, получив сильные удары наших войск, вынужден был отказаться от дальнейшей борьбы за освобождение Паулюса и его пленённой армии. Переправившись через реку Дон, занял своими войсками Чернышевский – Морозовский – Очациковая. Наступил время окончательно покончить с окруженной группировкой Паулюса. Это дело было поручено генералу Рокоссовскому, который объединил войска двух фронтов; Донского и Сталинградского.
31 января была разгромлена южная группа окруженных немецких войск. Паулюс сдался в плен. 2-го февраля сдались остатки войск противника северной группы. Сталинградский фронт переименовывается в Южный фронт. Командование Южным фронтом поручено генералу Малиновскому. Направление действия фронта на Ростов. В состав Донского фронта были переданы из бывшего Сталинградского фронта 62А, 64А и 57А. 14 января 1943 года приказом командующего южным фронтом, наш корпус переходит в резерв фронта для укомплектования. Корпус из Логовской, что за рекой Мышково, перемещается в район Цимлянский, а штаб корпуса в Нижне Курмоярский. Командование Южным фронтом приказало не позднее 4 марта, нашему корпусу начать перемещение на север. 7 марта корпус достиг станции Богоявленской. 23 марта корпус достиг района станции Лихая. Этот марш для корпуса был неблагополучен. 22 марта 1943 года на марше скоропостижно скончался наш командир корпуса генерал-лейтенант Шапкин Т. Т. Для всех нас, это очень тяжёлая утрата. Корпус продолжал выполнение задачи и 31 марта достиг района Беловодск. Фактически с первого апреля 1943 года, 4 кавалерийский корпус перестал отдельное самостоятельное существование. Остатки корпуса вошли в состав вновь формируемого 7 кавалерийского корпуса. В мае месяце формируемый 7 кавалерийский корпус перемещался на север в район Просяной, Кулаковка, Воронцовка и 6 июня в городе Павловск в состав 7 кав. корпуса вошёл 8 кав. корпус. Таким образом, 7 кавалерийский корпус полностью укомплектовался.
Началась учёба, сплачивание подразделений, подготовка к боевым действиям.
25 июля 1943 года корпусу присвоено наименование гвардейского. В командование 7 гв.к.к. вступил генерал-майор Малеев, которого в конце 1943 года сменил генерал-лейтенант Константинов М. П.
СПРАВОЧНЫЕ ДАННЫЕ.
9 декабря 1942 года в армии и флоте было установлено полное единоначалие и упразднён институт комиссаров, утверждённый 16 июля 1941 года.
В январе 1943 года были введены новые знаки различия для личного состава Советской Армии – погоны. Учреждён новый образец боевого знамени части и положение о нём.
Установлено было присвоение почётных наименований особо отличившихся в боях частей и соединений по названию освобождённых от фашистов городов.
Впервые в честь освобождённых городов Орла и Белгорода 5 августа 1943 года, были даны салют и фейерверк, что стало обязательным при всех наших победах.

КНИГА 7.

СОСТАВ, ВНОВЬ СФОРМИРОВАННОГО, 7-го ГВАРДЕЙСКОГО

КАВАЛЕРИЙСКОГО КОРПУСА, ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ

СТАЛИНГРАДА.
— командующий 7-м Гв.к.к. – генерал-майор артиллерии Константинов Михаил Петрович;
— заместитель командующего – генерал-майор Ставенков;
— начальник штаба корпуса – генерал-майор Щитов;
— командующий артиллерией корпуса – генерал-майор артиллерии Изумрудов Григорий Михайлович;
— начальник штаба артиллерии корпуса – полковник Дашкевич В. Г.;
— начальник политотдела корпуса – полковник Ставенков;
— командир 14-й Гв.к.д. в составе 52, 54, 56 Гв.к.п. – генерал-майор Коблов;
— командир 15-й Гв.к.д. в составе 53, 55, 57 Гв.к.п. – генерал-майор Белов;
— командир 16-й Гв.к.д. в составе 58, 60, 62 Гв.к.п. – генерал-майор Галенко;
— начальники артиллерии дивизии: 14 Гв.к.д. – полковник Скворцов;
15 Гв.к.д. – полковник Снегирёв;
16 Гв.к.д. – полковник Валиев.
Вновь сформированный 7-й Гв.к.к., был хорошо слажен. В состав дивизий вошли танковый, артиллерийско-миномётный полки, зенитно-артиллерийский дивизион. Кавалерийские эскадроны в своём составе имеют взвода истребителей танков, вооружённых противотанковыми ружьями. Среди личного состава дивизий, большинство офицеров и солдат участвовали в решающих боях. Настроение людей – боевое. В первое время, после формирования, в командование корпусом вступил генерал-майор М. Ф. Малеев, в районе населённого пункта Острогожский.
28 августа 1943 года 7-й Гв.к.к., войдя в подчинение Центрального фронта, ночными переходами вышел в район погрузки в эшелоны и проследовал по железной дороге до станции Новый Оскол, через Касторное и Курск на Льгов. После выгрузки на станции Льгов, 13 сентября 1943 года, сосредоточились в районе населённого пункта Глухов.

ОБСТАНОВКА НА ФРОНТАХ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ

ВОЙНЫ 1943 ГОДА.

РАЗГРОМ ФАШИСТСКИХ ВОЙСК В РАЙОНЕ

КУРСКА – БЕЛГОРОДА – ОРЛА.

В июне 1942 года Англо-американцы взяли на себя торжественное обязательство – в 1942 году открыть второй фронт в Европе против германского фашизма, как общего врага человечества. Однако, свои обещания они не выполнили не только в 1942 году, но и в последующее время. Это не случайно. Англо-американцы были заинтересованы не в разгроме фашизма, а в устранении Гитлера, как опасного конкурента на мировом политическом рынке. Они очень сильно рассчитывали, что СССР будет изнурен войной и после войны неизбежно попадёт в зависимость от Америки и Великобритании. Разгром фашистских войск под Сталинградом привёл к глубокому кризису фашистскую Германию и всю её коалицию.
Под ударами советских войск, гитлеровские захватчики вынуждены были перейти к обороне. В районе Курска, советские войска, отбросив противника далеко на запад, образовали колоссальный выступ, занятый войсками Центрального и Воронежского фронтов. Удержание и дальнейшее развитие этого выступа давали наибольшую возможность нанесения сильных ударов по врагу и освобождению территорий, занятых врагами. Противник отлично понимал значение этого выступа для себя и для нас.
Гитлеровцы боялись затягивать сражение и делают ставку на быстрый прорыв обороны Советской Армии, путём нанесения мощных танковых ударов и ударов с воздуха. Они очень рассчитывали на новые виды оружия; танки – тигр, и самоходные орудия – Фердинанд. Делали расчёт на быстрый разгром Курской группировки и, развивая наступление вглубь страны, взять Москву. Это замысел фашистов был своевременно раскрыт нашим командованием, и Ставка Верховного Главнокомандования создала свой план операции на Курской дуге.
В начале мата противник нанёс сильный удар по войскам левого крыла Воронежского фронта. Неся потери, наши войска отступили. 16 марта враг овладел Харьковом, а 18 марта танковый корпус СС захватил Белгород, но дальше продвинуться не смог. В Ставке Верховного Главнокомандования было решено строить прочную, эшелонированную оборону на всех возможных направлениях и в первую очередь в районе Курской дуги. Наши войска начали глубоко зарываться в землю. Все данные разведки и наблюдения за противником говорили о том, что противник готовится нанести сокрушительный удар по Воронежскому и Центральному фронтам.
Наша цель ясна – разгромить противника. В начале его наступления, средствами обороны измотать его, нанести непоправимые потери. Потрясти его настолько, чтобы он потерял всякую веру на победу, а затем в контр наступлении полностью его уничтожить. Наши мощные резервы сосредотачиваются в районе Ливны – Старый Оскол – Короча и заранее подготавливают себе рубежи обороны. На данных рубежах были сосредоточены войска Степного фронта, который предназначается для парирования случайностей и для перехода в качестве фронтовой мощной группировки, для перехода в контр наступление. В состав Степного фронта вошли:
— 5 гвардейская общевойсковая армия генерала Жадова в составе 27, 47, 53 общевойсковых дивизий;
— 5 гвардейская танковая армия;
— 1 гвардейский механизированный корпус;
— 4 гвардейский танковый и 10 танковый корпуса;
— 3-й к.к., 5-й к.к., 7-й гв.к.к.
— С воздуха Степной фронт поддерживался 5-й воздушной армией.
Степным фронтом командовал генерал-полковник И. С. Конев.
Инженерное оборудование фронтов достигало 150 километров, а с учётом Степного фронта общая глубина составила 250 – 300 километров.
Основная задача Степного фронта – не допустить глубокого прорыва наступающих войск противника. Фактически Степной фронт являлся вторым оперативным эшелоном, расположенным на вторых рубежах. Наш 7-й гв.к.к. получил задачу сосредоточиться в районе Новый Оскол, оборудовать позиции и быть в полной боевой готовности.
Захваченные вечером 4 июля пленные сообщили, что на рассвете 5 июля противник переходит в наступление. Это известие полностью подтверждает наше предположение. Наше командование заранее спланировало и подготовило артиллерийскую и авиационную подготовку.
В 2 часа 20 минут 5 июля 1943 года Маршал Советского Союза Г. К. Жуков дал приказ о начале контр подготовки. Всё кругом закружилось, завертелось, раздался ужасный грохот – началось величайшее сражение в районе Курской дуги.
В этой адской симфонии звуков слились в одно целое удары тяжёлой артиллерии, разрывы авиационных бомб, реактивных снарядов «Катюш» и непрерывный гул авиационных моторов.
В 5 часов 30 минут противник начал наступление, но недостаточно организованное, что указывало на результат контр подготовки. В течении всего дня 5 июля 1943 года, противник провёл пять яростных атак на нашу оборону Центрального фронта, но не смог добиться существенных результатов и оставил на поле боя большие потери в живой силе и технике. На всех участках фронта наши войска твёрдо стояли на своих рубежах. : июля противник, ценою очень больших потерь, продвинулся на отдельных участках фронта до 10 километров. Авиация противника, не считаясь с потерями, свирепствовала, постоянно нанося удары по нашим позициям. 7 июля противник бросился в ожесточённые атаки в населённом пункте Поныри. Целый день в этом районе не смолкал страшный, непрерывный гул наземного и воздушного сражения.
Многие фашисты гибли на поле боя, но враг бросал в бой всё новые и новые танковые части, которым так и не удалось сломать нашу оборону. 8 июля 1943 года противник усилил свои атаки в районе Ольховатки, но вновь напоролся на геройскую стойкость наших воинов. До 10 июля немецкие войска так и не смогли продвинуться вперёд.
На участке Воронежского фронта 4 июля в 16 часов 10 минут противник начал наступление передовыми отрядами, а 5 июля перешёл в наступление, введя в бой основные силы – 450 тяжёлых танков, что дало ему возможность занять ряд населённых пунктов. Первая атака была отбита. Во второй половине дня, введя тяжёлые танки, Тигры, противник перешёл в наступление и занял ряд населённых пунктов. За один день боёв, противник понёс колоссальные потери, но и войска фронта потеряли 60 танков, 78 самолётов и значительное количество личного состава.
Во главе группировки противника стоял фельдмаршал Манштейн. 6 июля на Обоянском направлении разгорелся бой небывалой силы. С обеих сторон одновременно в бою принимали участие многие сотни самолётов, танков и самоходных орудий, но враг не смог опрокинуть оборону наших войск. Потери сторон были очень большие, особенно со стороны наступающего противника, потерявшего более 200 танков, 100 боевых самолётов и десятки тысяч солдат и офицеров. 6 июля на рассвете противник, после перегруппировки своих резервов, ввёл основную массу своих свежих сил в направлении Обоян – Прохоровка.
Начались ожесточённые атаки врага на наши позиции. Кругом стоял несмолкаемый гром боя. Войска Воронежского фронта не щадя своих сил, с помощью авиации, не пропустили противника через вторую полосу обороны. За два дня боя противник потерял до 200 танков, много техники и вновь большое количество личного состава. 10 – 11 июля противник, перегруппировав свои основные силы на узкий участок в виде танкового клина, бросил их на Прохоровку, видимо рассчитывая на то, что наши силы иссякают. К исходу 11 июля на участке Воронежского фронта наступил кризисный этап сражения.
В течении 12 июля на Воронежском фронте шла чрезвычайно, доселе нигде не виданная, танковая битва, особенно жестокая на Прохоровском направлении. Наступил главный момент сражения. Противник стал постепенно переходить к обороне и 16 июля стал окончательно отходить на Белгород. 13 июля Степной фронт, в составе которого был и наш 7-й гв.к.к., получил приказ – прибыть на Воронежский фронт. Этим закончен первый этап оборонительного сражения.
Второй этап битвы начался контр наступлением наших войск. 3 августа 1943 года в контр наступление на Белгород, наряду с Воронежским фронтом, выступил Степной фронт, который должен был вести наступление на самый укреплённый район Белгорода. Степной фронт действовал медленнее, чем Воронежский, и этому были свои причины:
— перед Степным фронтом противник создал самую сильную и глубокую оборону;
— сил прорыва обороны, как у Воронежского, Степной фронт не имел.
К концу дня, 3 августа, войска Степного фронта продвинулись вперёд на 15 километров.
Противник, не взирая на большие потери, оказывал нам очень сильное сопротивление. Бои были очень жестокие. Участвовали все виды вооружения. На другой день 4 августа, противник усилил сопротивление. Продвижение Степного фронта замедлилось, но ударная группа Воронежского фронта, очень удачно продвинулась вперёд и заняла фланг Белгородской группировки противника, что грозило фашистам полным окружением.
К концу 4 августа противник начал отступление. Очистив Белгород от остатков фашистов, Степной фронт во взаимодействии с войсками Воронежского фронта, устремился вперёд. На месте, согласно приказа штаба фронта, оставлен наш 7-й гв.к.к.
5 августа войска Брянского фронта освободили Орёл. 5-го августа, вечером столица нашей Родины, Москва салютовала в честь доблестных войск Брянского, Западного и Центрального фронтов, освободивших Орёл и войск Степного и Воронежского фронтов, освободивших Белгород! Это был первый артиллерийский салют в честь наших войск, победителей.
Примерно в середине августа 1943 года, 7-й гв.к.к. был передислоцирован в город Курск. С 14 февраля 1943 года наш корпус носит звание гвардейского.

ОСВОБОЖДЕНИЕ БЕЛОРУССИИ.

ОСВОБОЖДЕНИЕ МОЗЫРЯ.

1944 ГОД.
С 20-го октября 1943 года Воронежский фронт переименован в 1-й Украинский фронт;
— Степной фронт – во 2-й Украинский фронт;
— Центральный фронт – в Белорусский фронт.
После победы под Курском, перед победителями встала новая неотложная задача:
— освобождение левобережья Украины;
— войскам Белорусского фронта предстояло наступать севернее Киева на Черниговском и Нежинском направлениях;
— 1-му Украинскому фронту – на Киев – Черкассы;
— 2-му Украинскому фронту – на Полтаву и Кременчуг;
— Юго-Западному фронту – на Днепропетровск и Запорожье.
В середине августа 1943 года Ставка Верховного Главнокомандования поставила задачу:
— Воронежскому, Степному, Центральному и Юго-Западному фронтам стремительно наступать к реке Днепр и захватить переправы на его западном берегу. Этими наступательными действиями сорвать вражеские планы стабилизации фронта по западному берегу Днепра.
Для выполнения этих задач, Ставка усилила наступающие фронты из своего резерва:
— 6 сентября в состав Степного фронта была включена 37А;
— в состав Воронежского фронта придавалась 3-я Гв.Т.А.;
— Центральному фронту придавалась 61А.

На сколько большое значение Сталин придавал быстрому и решительному форсированию водных преград, видно из директивы Ставки от 9 сентября 1943 года:
… из директивы Ставки Верховного Главнокомандующего о представления к наградам за успешное форсирование водных преград….

Военным Советам фронтов и армий
9 сентября 1943 года, 2 часа 30 минут
В ходе боевых операций войскам Красной Армии приходится и придётся преодолевать много водных преград. Быстрое и решительное форсирование рек, особенно крупных, подобных рекам Двина и Днепр, будет иметь большое значение для дальнейших успешных действий наших войск.
В связи с этим Ставка Верховного Главнокомандования считает необходимым довести до сведения командующих армиями, командиров корпусов, дивизий, бригад, полков, понтонных и инженерных батальонов, что за успешное форсирование крупных речных преград и закрепления за собой плацдарма для дальнейшего развития наступления, командиры названных соединений и частей должны представляться к высшим правительственным наградам. За форсирование такой реки, как река Днепр в районе Смоленска и ниже и равных Днепру рек по трудности форсирования, названных выше командиров соединений и частей представлять к присвоению звания Герой Советского Союза.
Ставка Верховного Главнокомандования
Сталин
Антонов

В конце августа 1943 года войска Центрального фронта начали наступление на большом участке в направлении Конотоп – Бахмач – Нежин. Наш 7-й гв.к.к. вошёл в оперативное подчинение 61А и получил боевую задачу:
— наступать северо-западнее Чернигова и отрезать пути отступления черниговской группировки противника.
Успех во многом зависел от решительных действий нашего передового отряда, в который была назначена 16 к.д. под командованием полковника Белова. Для выполнения приказа, дивизия выступила по маршруту:
— Курск – Льгов – Рыльск – Кровелец – река Десна – река Убедь – река Снов – Чернигов.
К концу сентября 1943 года наш передовой отряд начал переправу через реку Десну. Ширина реки достигала 200 метров. Местность была сильно заболоченной и закрыта лесом. Противник беспрерывно вёл огонь. Преодолевая все трудности, дивизия вышла к правому притоку Десны – реке Уботь. Противник вёл беспрерывный огонь, но был бессильно сопротивляться натиску и отваге наших наступающих войск. В боях за плацдарм на противоположном берегу реки Десна особенно отличилось подразделение, второго кавалерийского эскадрона гвардии лейтенанта Мульки Байрамова.
Так, при освобождении больших сёл Клочково и Брусилово, геройский подвиг совершил Бердымуратов. В деревне Клочково немецкие снайперы и автоматчики сильно мешали нашим войскам, сдерживая наше продвижение. Бердымуратов незаметно подполз к вражеской траншее и забросал фашистов гранатами, тем самым открыл путь для наступления своим подразделениям и застал врага оставить село. Позже он ещё не раз совершал подвиги, уничтожив десятки врагов. За проявленную отвагу при боевых действиях, Бердымуратову было присвоено звание Герой Советского Союза.
Преследуя врага, 15 к.д. ведя тяжёлые бои, создала смертельную опасность Черниговскому гарнизону фашистов. 23 сентября 1943 года операция была закончена. Совместными действиями частей 61А и конницей 15-й к.д., Чернигов был очищен от врагов. Взяты в плен 1 500 солдат, 350 офицеров и много трофейного имущества.
15-я к.д. получила название: «15-я гвардейская Черниговская кавалерийская дивизия».
Дивизия полковника Белова с 26 по 29 сентября 1943 года вышла реку Днепр и вела бои на плацдарме в районе Старя – Иолга – Коммарин. Основная задача ставилась форсировать реку Днепр, оттеснить врага от Лоевского плацдарма. Переправа проходила на подручных средствах. Главные силы 7-го гв.к.к. под командованием генерал-майора Малеева, после выгрузки из железнодорожных эшелонов у Льгова, совершив 150 километровый марш ночными переходами, вышли к реке Десна. Пройдя с боями более 150 километров, корпус помогал переправе соединениям 61А, которые с большими боями переправились через реку Десна.
Командующий 61А, которой был подчинён наш корпус, поставил следующую задачу:
— Выйти к Днепру южнее Лоева и форсировать водную преграду.
В это же время, в командование корпусом вступил генерал-майор Константинов Михаил Петрович.
Для форсирования Днепра выбрали участок, где река, достигающая более 600 метров ширины, делала поворот к правому берегу, покрытому лесом и густым кустарником. Противник занимал командные высоты в 2-х километрах от левого берега реки. Было решено форсирование начать ночью и без артиллерийской подготовки, но артиллерия должна быть готова к ведению огня. Для форсирования Днепра сапёрный эскадрон подготовил 30 плотов, много подручных средств и 17 лодок.
В конце сентября командующий корпусом отходит с корпусом с занимаемого плацдарма на север в район Радуль — Лоев, Черниговской области. Перед корпусом стояла главная задача:
— овладеть дорогой Речица – Василевичи – Калинковичи.
Противник особенно упорно и твёрдо держался этого направления и сосредоточил здесь значительные силы. Бои шли упорные. С обеих сторон войска несли значительные потери. Настроение наших бойцов и командиров было боевым. В 22 часа 26 сентября 1943 года, эскадрон старшего лейтенанта Рудого незаметно для противника форсировал реку Днепр. Противник их обнаружил и открыл огонь. Старший лейтенант Рудой кавалерийской атакой уничтожил противника. Гитлеровцы вновь атаковали эскадрон, но и эта вражеская атака была отбита. К рассвету 28 сентября части 15 гв.к.д. вместе с 16-й и 77-й гв.с.д. переправившись на правый берег Днепра, завязали бой за расширение плацдарма. Вскоре через Днепр были переброшены 14 и 16 гв.к.д. Вместе с частями 91 гв.с.к. в течении нескольких дней они вели ожесточенные бои. За форсирование Днепра и освобождение Черниговской области 61 кавалеристу, 7-го гв.к.к., Президиум Верховного Совета СССР, присвоил звание Героя Советского Союза.
Среди них:
— полковник Г. А. Белов;
— подполковник Кусимов;
— старший лейтенант А. М. Рудост;
— лейтенант Е. Ф. Монахов;
— старший сержант Ш. Ф. Гатитулин;
— сержант И. С. Даутов и другие.

18 ноября танкисты и 7-й гв.к.к. продолжали вести наступление вдоль железной дороги Гомель – Речица – Калинковичи и овладели станцией Василевичи.
26 ноября 65А и 61А с 1-м гв.т.к., 2-м гв.к.к. и 7-м гв.к.к. вели тяжёлые бои в условиях лесисто-болотистого полесья. Дальнейшее наше продвижение остановлено упорным сопротивлением противника восточнее Калинковичей. Наши войска понесли ощутимые потери в непрерывных наступательных боях и конечно же устали. В декабре 1943 года оба кавалерийских корпуса были выведены в резерв для пополнения. Многие бойцы и командиры награждены высшей наградой.
Войска 7-го гв.к.к. заняв район – Речица – Василевичи – Калинковичи, подошли к реке Припять. Войска 7-й гв.к.к., находясь в составе 61А генерала Белова, перешли к обороне до января 1944 года. Ночи стояли холодные, и шёл снежок.
С наступлением нового 1944 года, 7-й гв.к.к. начал продолжать свои боевые действия. Неотложной задачей является овладение городом Мозырь в возможно короткий срок.
Город Мозырь расположен на правом берегу реки Припять. Боевые действия развёртывались в очень труднопроходимой лесисто – болотистой местности Полесья. Преодолевая отчаянное сопротивление противника и все фронтовые трудности 14-я и 16-я дивизии 7-го гв.к.к., 9 января вышли в местечко Ромезы, что вело к выходу во фланг и тыл Мозыря. После ожесточённого боя 8 ноября, рано утром, противник оставил Ромезы.
11 февраля 7-му гв.к.к. было приказано во взаимодействии с 415 с.д., овладеть Мозырем и частью сил переправиться на левый берег Припяти. С 13 января 7-й гв.к.к. в составе 14-й и 16-й гв.к.д. и 55 с.д. и 145 с.д. повёл бои за Мозырь. Бои шли очень жестокие. Противник рвался ликвидировать наши наступательные успехи, и стремился подальше отбросить наши войска от Калинковичей. Погода стояла ясная и спокойная. Снега нет. Противник упорно сопротивляется и часто бросается в контр атаки, чтобы отбросить наши части от Калинковичей.
В ночь 14 января один из эскадронов 14 к.д. очень удачно переправился на понтонах на ту сторону реки, и захватили переправу на Мозырь. Незамедлительно наши войска бросились с разных сторон, без всяких ожиданий восхода солнца, в бой со всех направлений. Начался жестокий бой. Противник, будучи окружён со всех сторон, бился до последнего, и только небольшая часть врага сдалась в плен.
После освобождения Мозыря, войска 61А и 15 гв.к.д., 7-го гв.к.к. продолжали наступление на запад. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 15 января 1944 года, 14 гв.к.д., была награждена орденом Красного Знамени, а 3-я, 4-я, 14-я, 15-я, 17-я, гвардейские дивизии получили наименование Мозырьских.

После освобождения Мозыря, наш кавалерийский корпус получил приказ:
— 20 января 1944 года выйти в район Петраков – Лейгицы и организовать оборону на реке Уборть и удержаться до марта 1944 года. Штаб корпуса с 20 января по 15 марта, расквартирован в посёлке Буйновичи.
Противник после прошедших боёв отступил и в боевые столкновения не вступал. Корпус на реке Уборть организовал оборону, зорко следил в разных направления и довольно больших расстояниях, за возможным появлением противника. Такое положение позволило сосредоточить значительное количество продуктов и запас фуража для конского состава. В начале марта получен приказ командующего 1-м Белорусским фронтом:
— с 15 марта по 1 апреля 1944 года, корпусу передислоцироваться в район Ковеля. Корпусу предстоит совершить марш не менее 200 километров.
Штаб корпуса немедленно приступил к составлению плана и порядка выдвижения корпуса, в назначенное время в район Ковеля с учётом возможных боевых действий в ходе передислокаций.
Маршрут намечен: Сарны – Колки – Голобы.
6-го марта была организована разведочно-командная группа. Этой группе ставилась задача:
— уточнить район размещения корпуса, характер вместимости, возможные огневые позиции, районы наблюдательных пунктов, места расположения тылов и другие моменты по ходу рекогносцировки. Разведочно-командную группу возглавил заместитель командира корпуса, генерал-майор Ставенков. Состав группы:
— командующий артиллерией корпуса генерал-майор Изумрудов Г. М.,
— представители от штабов каждой дивизии,
— представители политотдела,
— представители от танковых частей, частей артиллерии и тыла.
Решено было двигаться на открытых машинах. 7 марта 1944 года группа выехала по заданному маршруту. Погода стояла хорошая, тихая. Дорога была довольно свежей, но не совсем ещё твёрдой. К вечеру достигли населённого пункта Сарны. Мы обратили внимание, что чем ближе приближаемся к месту назначения, тем дорога больше и больше покрывается свежими рытвинами. Ясно, что здесь прошли войска. После небольшого отдыха двинулись дальше. Солнце склонилось к закату. Мы проехали ещё дальше на 50 километров и достигли реки Стырь, там и остановились до утра. 8 марта продолжили движение, и чем ближе приближались к намеченному нам месту, тем больше убеждались, что противник не далеко от нас. Стали двигаться медленнее, так как дорога оказалась перерытой проходившими по ней войсками. Слышны отдельные звуки боя. Мы осторожно двигались вперёд. Проехав Сарны и далее 50 километров, достигли реки Стырь. Теперь все сомнения отпали – бой идёт в районе Ковеля.
Река Стырь была небольшой рекой. Наша задача – достигнуть этой реки и в километрах 30 от неё, выйти на окраину села Колки. В 50 километрах от этого села, был район нашего боевого развёртывания. В первую очередь решили добраться до села Колки. День выдался ясный, тихий и свежий. Слышатся отдалённые звуки стрельбы. Время идёт, дорога не лёгкая и скорость нашего движения небольшая. Во второй половине дня достигли места нашего назначения – посёлка Гольбы. Теперь для нас всё стало ясным. Идёт сильное сражение на реке Гурья. На назначенном для нас районе боевого развёртывания действует 69А. В штабе армии мы узнали многое, что заставляет нас как можно быстрее готовить всё, что необходимо для боевого развёртывания корпуса. О положении дел составили донесение и послали двух офицеров с донесением к командиру корпуса.
Не теряя времени, мы стали готовить боевое размещение нашему корпусу:
— наметили позиции, наблюдательные пункты, районы тыла, организовали разведку противника и так далее.
В Сарны выслали своих представителей для встречи частей корпуса. Работали день и ночь. 13-го марта во второй половине дня появился передовой отряд 15-й к.д. во главе с командиром, генерал-майором Беловым. Солнце клонилось к ночи, когда мы с товарищем Беловым и его командирами осматривали район, выбранный для развёртывания 15-й к.д. Надо отдать должное слаженности и высокой дисциплине 15-й к.д. Ночью стали поступать боевые полки, артиллерия, батареи «катюш». Прибывших встречали заранее назначенные для каждого полка проводники и отводили в отведённые им позиции. Всё шло гладко.
Командиры полков собрались на наблюдательном пункте командира дивизии и получали от него все необходимые данные, исходя из решений общей задачи корпуса. Отсюда исходили и задачи дивизии и время готовности дивизии к бою – к 10-ти часам 15-го марта 1944 года.
15-го марта, на рассвете прибыл командир корпуса, генерал-майор Константинов и часть штаба корпуса. Штабу корпуса для размещения отвели село Корки. Командир корпуса в первую очередь последовал на командный пункт командира Белова, который доложил ему обо всех проведённых мероприятиях по подготовки его дивизии к бою. В районе, занимаемым нашим соседом, 69А шёл сильный бой. 16 – 17 марта в бой вступила и наша 15-я к.д., совместно с частями 69А. Бои жестокие. Противник наступал, неся большие потери, но видимо решил сбить нас с этого рубежа и зайти в тыл нашим войскам. Это противнику не удалось.
17-го марта рано утром подошли войска 14-й к.д. генерал-майора Коблова и 16-й к.д. генерал-майора Челенко. Противник, видимо подтягивал силы для решительного удара. Наступление фашисты приостановили, готовя силы для решительного удара. Эта передышка дала нам возможность разместить боевые порядки прибывших войск, подготовить их к бою.
Вечером 17-го марта командир корпуса собрал в штаб командиров дивизий, начальников штабов, принял доклады о готовности дивизий и поставил задачи в предстоящих боях.
20-го марта рано утром противник начал бой по всему фронту. На нашем участке рано утром появились самолёты противника, а артиллерия открыла сильный огонь по нашим позициям. Кругом загрохотало, гремели орудия, разрывы снарядов. Каканада шла по всему фронту. Солнце поднималось всё выше и выше. Ветер слабел. Кругом стоит пыль и дым от разрывов от снарядов врага и наших выстрелов. Справа от нас идёт очень сильный бой. Сквозь пыль и дым со стороны противника замелькали, двигающиеся на нас танки, а за ними видна пехота. Командир корпуса подал команду:
— подготовить «катюши», тяжёлые батареи и танки!
Противник всё ближе и ближе. Когда до наших позиций осталось километра полтора, командир корпуса подал сигнал – приказ подготовиться, огонь!
Трудно представить, что творилось на стороне противника. Ничего пока не разберёшь, только слышны разрывы на позициях фашистов, всё смешалось. Когда рассеялась сплошная пелена от разрывов, на поле боя стали видны 6 горящих танков и 5 подбитых. Вдали видна в беспорядке убегающая пехота. Бой продолжался до самого вечера.
Наши бойцы стали зарываться глубже в землю, так как знали, что враг проявляет упорство и не оставит намерений сбросить нас с этих позиций. Наши потери тоже не малые, и это заставляет нас как можно глубже зарыться в землю. В ночь на 21-е марта на наши позиции прибыл полк зенитной артиллерии, и немедленно был выдвинут на заранее подготовленные боевые позиции.
21-го марта 1944 года рано утром, с восхода солнца в воздухе появились группы самолётов противника. Они не ожидали, что у нас появилась против них защита и летели, как всегда на довольно низкой высоте. Как только самолёты противника достигли наших позиций, по ним со всех сторон ударили хорошо замаскированные зенитные батареи. Нам было хорошо видно, как противник беспорядочно сбрасывал бомбы и куда попало посылал свои снаряды, в расстроенном порядке пытался развернуться и набрать высоту, оставив четыре разбитых горящих самолёта. Через час по нашим окопам противник открыл сильный артиллерийский огонь. Наша артиллерия нанесла ответный удар по заранее разведанным целям. В течении дня противник делал неоднократные попытки, под прикрытием своих самолётов дойти до наших позиций, но каждый раз получал сильный ответный удар и отходил неся большие потери.
22 – 23-его марта 1944 года шли непрерывные бои. Наш сосед справа, 69А перешёл в наступление. Противник, чтобы зайти наступающим войскам в тыл, направил вновь против нас значительные наступательные силы. Рано утром самолёты противника, теперь опасаясь наших зенитных батарей, занимая значительную высоту, бороздили по нашим передовым частям. Артиллерия противника бьет по нашим окопам в течение 30 минут. Появились, идущие на большой скорости танки противника, а за ними плотные группы пехоты. Наша артиллерия ведёт усиленный ответный огонь. Зенитные батареи стараются не подпустить на наши позиции самолёты противника. Командир корпуса передал приказ, чтобы по его команде «катюши» дали залп на всех участках появления танковых колонн противника и сразу готовиться к новому залпу, а артиллерии усилить огонь по пехоте противника. Когда расстояние до танков составило километра полтора, командир корпуса дал сигнал – открыть огонь! Загрохотали выстрелы «катюш». Всё как будто затихло. Не слышно даже выстрелов своих орудий. Разрывы раздавались на позициях противника. Вся местность заслонена, медленно поднимающимся, чёрным дымом. Ни один фашистский танк не дошёл до наших окопов. На поле видны горящие танки и беспорядочно убегающие остатки пехоты. Наша артиллерия усилила скорость бегства противника своим точным и плотным огнём. Справа слышны мощные разрывы, это 69А освобождает Ковель. К вечеру наступающий порыв противника иссяк.
69А освободила Ковель дальше, в глубь обороны противника. Противник сломлен. Только по ночам слышны отдельные выстрелы и разрывы.

С 30-го апреля по 20-е мая корпус стал на отдых и доформирование в районе Боблы во Владимир – Волынской области.
ОСВОБОЖДЕНИЕ БЕЛОРУССИИ.

Верховный главнокомандующий в конце 1943 года принял решение о проведении в 1944 году летней кампании, по освобождению от немецких захватчиков Ленинграда и Белоруссии.
Сначала развёртывается операция войсками Ленинградского фронта в районе Карельского перешейка. Затем, во второй половине июля – в Белоруссии. Ставка предусматривает нанесение трёх мощных ударов:
— 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов в направлении Вильнюса;
— 1-го Белорусского фронта на Барановичи;
— 2-го Белорусского фронта во взаимодействии слева с фланговой группировкой 3-го Белорусского фронта и справа с фланговой группировкой 1-го Белорусского фронта в общем направлении на Минск.
Самым важным и трудным является освобождение Белоруссии и разгром немецкой группы армии Центр. Фашистская группа, армии Центр, располагает хорошо развитой системой широкого манёвра, чтобы преградить Советским войскам путь на Варшаву. В инженерном отношении оборона гитлеровцев в Белоруссии состоит из нескольких рубежей и простирается в глубину на 250 километров.
Для проведения Белорусской операции с нашей стороны привлекаются 1-й Прибалтийский, 1-й, 2-й, 3-й, Белорусские фронты. Поставлена основная задача – разгромить главные силы группы армии Центр, освободить Советскую Белоруссию и создать условия для наступления Советских войск в Украине, Прибалтике, Польше и Восточной Пруссии.
Наступление Советских войск в Белоруссию совпадает с третьей годовщиной войны и высадкой наших союзников из Америки и Англии в Нормандии, и открытии ими второго фронта в Европе.
Немецкая группа армии Центр, действовавшая в Белоруссии, имела в своём составе:
— 3-ю танковую армию;
— 2-ю, 4-ю, 9-ю, армии, оснащённые многочисленной боевой техникой.
Центр оборонял, так называемый, Белорусский выступ, образовавшийся в результате глубокого продвижения Советских войск в южном Полесье. Главная полоса обороны противника проходила по линии Витебск, Могилёв, Рогачёв, Жлобин, по рекам Друть, Свислочь, Неман. Многочисленные озёра, болота, лесисто-болотистые районы способствовали созданию огневых опорных пунктов врага.
На Витебском направлении оборону занимали 3-я танковая, на Оршанском и Могилёвском – 4-я, на Бобруйском – 9-я, и южнее до Ковеля – 2-я немецкие армии. Большинство оборонительных рубежей были подготовлены фашистами заранее.

ГЕНЕРАЛЬНОЕ НАСТУПЛЕНИЕ СОВЕТСКОЙ АРМИИ НАЧАЛОСЬ 23 ИЮНЯ 1944 ГОДА.

Белорусская операция продолжалась ровно месяц с 23-го июня по 23-е июля 1944 года. Боевые действия развернулись на фронте протяжённостью более 400 километров от Западной Двины до Припяти. Удар по центральной группировке противника наносился силами четырёх фронтов. Войска 1-го Прибалтийского фронта, генерала Багратиона, наносили удар севернее Витебска. На Богушевском и Оршанском направлениях наступали войска 3-го Белорусского фронта, генерала И. Д. Черняховского, на Могилёвском направлении наступали войска 2-го Белорусского фронта, генерала Г. Ф. Захарова.
Севернее Рогачёва и южнее Жлобина наносили мощный удар в общем направлении на Бобруйск, войска маршала Советского Союза Рокоссовского. Координация действий фронтов поручена: 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов маршалу Советского Союза А. М. Василевскому, 1-го и 2-го Белорусских фронтов маршалу Советского Союза Г. К. Жукову.
С утра 23 июня 1944 года главные силы 1-го Прибалтийского, 2-го и 3-го Белорусских фронтов, после мощной артиллерийской подготовки перешли в решительное наступление. Прорвав оборону противника севернее и южнее Витебска, в результате стремительного наступления, окружили и полностью ликвидировали группу противника в составе пяти немецких дивизий. Быстро продвигаясь вперёд. Войска, преследуя противника, к 28 июня 1944 года освободили крупный центр Белоруссии – Могилёв.
Войска 1-го Белорусского фронта начали наступление во второй половине 24 июня. К исходу 25 июня оборона противника была прорвана. 27 июня войска 1-го Белорусского фронта окружили в районе Бобруйска и юго-восточнее пять дивизий фашистов. В течении 28 – 29 июня, окружённая Бобруйская группировка противника была уничтожена и войска стремительно развивали своё наступление в сторону Минска и Слуцка. Немецкие армии группы Центр понесли огромные потери. В плен было взято 51 930 вражеских солдат и офицеров.
Немецкое командование, стремясь спасти от полного разгрома свою 4-ю и остатки 3-ей танковой армии, а также 9-ой армии над которыми нависла угроза окружения, предпринимает отчаянные попытки восстановить новый фронт обороны на линии: — Полоцк – река Березина – восточнее Слуцка. Одновременно началось усиленное перебрасывание войск в Белоруссию из Прибалтики, Украины, Германии, Польши и Венгрии.
Войска 1-го Белорусского фронта, развивая наступление южнее Минска, 30 июня, в результате смелого манёвра, освободили Слуцк. 2 июля были освобождены Столбцы, Городея, Несвич. Одновременно часть соединений фронта повела стремительное наступление на Барановичи. С освобождением городов Вилейка, Красное, Столбцы, вся 4-я армия и часть дивизий 9-й армии немцев, попали в критическое положение. С обоих флангов их обходили, стремительно наступающие войска 1-го и 3-его Белорусских фронтов, а с фронта преследовали войска 2-го Белорусского фронта. С линии Днепра, фашисты пытались закрепиться на реке Друт, но 29 – 30-го июня, были выбиты с этого рубежа.
3-его июля войска 3-его Белорусского фронта, при содействии войск 1-ого Белорусского фронта, штурмовали Минск и освободили столицу Советской Белоруссии. В обширном районе восточнее Минска были окружены разрозненные и потерявшие управление части 12-го, 27-го, 35-го армейских корпусов и 39-го, 45-го танковых корпусов фашистов. Общая численность окружённых войск составляла 100 000 человек с большим количеством боевой техники. Ликвидация Минской группировки завершилась 10 – 11-го июля. Потери противника составляли:
— убитыми, около 70 000 человек;
— пленными, 35 000 человек.
В числе пленных находились 12 немецких генерала, 3 командира корпуса и 9 командиров дивизий.
4-ая немецкая армия фактически прекратила своё существование.
С разгромом фашистских войск под Витебском, Бобруйском, Могилёвом и Минском на стратегическом фронте врага образовалась огромная брешь протяжённостью более 400 километров. Войска 1-го Белорусского фронта, наступавшие севернее реки Припять, 8 июля, после двухдневных боёв, освободили город Барановичи, а 14-го июля заняли город Пинск. 28 июля войска 1-го Белорусского фронта в результате умелого обхода и атаки с фронта, овладели городом и крепостью Брест.
Таким образом, Советские войска, завершив Белорусскую операцию, полностью освободили Белоруссию и значительную часть Литовской ССР, а также значительную часть Польши. Советские войска вышли к границам Восточной Пруссии и реке Висле.
За время Белорусской операции нашими войсками было нанесено поражение свыше 80-и дивизиям, входившим в состав центральной немецкой армии, а также переброшенных с других фронтов и направлений. Из этого количества 30 дивизий были окружены и уничтожены. Только за месяц с 23-го июня по 23-е июля непрерывных наступательных действий Советских войск, потери фашистов составили:
— убитыми – 381 000 человек, в том числе 22 немецких генерала,
— пленными – 158 480,
— самолётов – 631,
— танков и самоходных орудий – 2 735,
— орудий – 8 702,
— миномётов – 5 695,
— пулемётов – 23 071,
— автоматов – 57 152.

РАЗГРОМ ЛЮБЛИНСКО – БРЕСТСКОЙ ГРУППИРОВКИ
В боевых действиях войск 1-го Белорусского фронта по разгрому Люблинско – Брестской группировки врага, активные действия проявили две сильные подвижные группы:
— 1-ая в составе 2-ой танковой армии и 7-го гв.к.к,
— 2-ая конно – механизированная группа в составе 2-го гв.к.к. и 11-го танкового корпуса.
7-й гв.к.к. только что закончил форсирование реки Западный Буг и вступил в боевые действия с отходящими силами противника, после их разгрома при освобождении Белоруссии. 22-го июля войска 7-го гв.к.к., совместно с танкистами после жестокого боя, овладели городом Холм. 23 июля 7-й гв.к.к. под командованием генерала М. П. Константинова, совместно со 2-й танковой армией начали бой за город Люблин. Бой за Люблин решал важную задачу по организации деятельности Крайнова Рада Народова. 23 июля 1944 года Люблин был освобождён. 24 июля 1944 года наш 7-й гв.к.к. совместно с передовыми частями 2-й танковой армии, отбрасывая противника, вышли на Вислу в районе Демблин. Здесь наши войска освободили узников лагеря смерти Майданек.

ЛАГЕРЬ СМЕРТИ МАЙДАНЕК
Была ночь. Штаб нашего корпуса в одном из помещений дома в Демблине готовил приказ о действиях корпуса на предстоящие дни. На имя командира корпуса приносят только что полученный пакет с приказом:
— немедленно направить в Майданек дивизию для освобождения заключённых, о результатах доклад в Москву. Как стало известно, в этом лагере фашисты замучили полтора миллиона человек, в том числе стариков, женщин, детей.
Соответствующее распоряжение было отдано командиру 15-й к.д., генералу Чаленко. Рано утром вместе с командиром корпуса поехали посмотреть лагерь смерти Майданек. Нам навстречу по дороге из лагеря шли его бывшие узники. Страшно было на них смотреть, до чего были изнурены и измучены люди. Многие без посторонней помощи не могли сами идти. Многие освобождённые рыдают от счастья, многие падают без сознания. От радости, многие не знают, что делать, более сильные утешали слабых и помогали им идти. Нами были приняты все меры, чтобы люди почувствовали своё освобождение. Все получили питание и были приняты меры, чтобы их успокоить. Мы с командиром корпуса, товарищем Константиновым, пошли осматривать лагерь смерти. С нами были офицеры штаба корпуса. Нас сопровождал пожилой человек, который с самого начала войны был захвачен немцами и поставлен наряду с другими, в команду по обслуживанию узников. Он провёл нас по всем местам, где находились и умирали узники лагеря смерти. Картина страшная. Вот отдалённое от других, помещение – царство огня. Здесь заживо сжигались непокорные, а прах их рассеивался по дорогам внутри Майданека. Почуяв неминуемый конец своим злодеяниям, администрация лагеря смерти успела не только убежать и скрыться, но и кое-что разрушить. Идём посмотреть, остались ли в живых дети, женщины и мужчины. Входим в очень большое хранилище, в котором сохраняется всё, что остаётся после гибели замученных. Видим большое количество плотно уложенных мешков, в которых собраны вещи уничтоженных людей. Всё строго отсортировано, начиная с женских волос и кончая обувью уничтоженных малюток, которых фашистские звери уничтожали вместе с родителями. Это была такая большая масса вещей и волос, что трудно было в это поверить, а ещё труднее было на всё это смотреть. Живых узников нигде нет. Мы не могли дальше идти. Учащённо билось сердце не только у меня, а у всех кто был вместе с нами. Хотелось кричать от ненависти и душевной боли. Провожатый, который показывал нам всё, повёл нас к хорошо построенному большому дому. Это баня. Внутри просторно и чисто. Входим в раздевальное помещение. Сопровождающий говорит, что после того как люди раздевались, одежда немедленно убиралась людьми из специальной команды. Входим в очень большую парную, такую же чистую. В одном конце видим, что-то похожее на печь. Спрашиваем старика. Он нам так ответил:
— То, что вы считаете печью – это не печь, а механизм смерти. Когда в помещение все входили, то дверь за ними наглухо закрывалась. Открывались отверстия в этом механизме, и из них появлялась очень сильно ядовитое вещество. Люди даже не успевали закричать, умирали все сразу. Через пять – шесть минут в живых никого не оставалось. После этого открывалась вот эта сторона бани, старик указал на противоположную сторону вхождению в парную. Подъезжали машины, забирали мёртвых и увозили. А куда, и зачем, спрашиваем? Старик ответил, что не знает, что делали с мёртвыми. Одно знает, что с умерших собирали кровь, пока тела не окоченеют. Зачем, спрашиваем? Он замолчал недолго, а потом сказал:
— а чем кормить свиней, акромя нашей крови.
Это было так неожиданно, что никто из нас не мог даже дышать. Побледнел наш генерал Михаил Петрович. Чувствовалось, как тяжело он переживает всё увиденное и услышанное. Подозвав начальника штаба генерала Щитова, отдал приказ:
— всех свиней немедленно уничтожить и зарыть;
— мы возим с собой четырёх пленных фашистов, их расстрелять.
Пощады фашистам не будем давать никогда. Возвращались мы молча, по какой-то дороге, а под нами что-то хрустело, и попадались человеческие останки.
27-го июля 8-я гвардейская армия и 69А, продвигаясь за 2-й танковой армией, дружно вышли, вместе с нашим 7-м гв.к.к. на реку Вислу и начали её энергичное форсирование. В районе Магнушево и Пулавы, фашисты упорно оборонялись, сознавая, какое опасное значение имело для них форсирование, нашими войсками, Вислы. За плацдармы разгорелись сильные, кровопролитные бои. Все атаки немцев были отбиты с большими для них потерями. В результате боёв, противник вынужден был отойти.
27-го июля 1944 года Советские войска освободили город Львов. Наш 7-й гв.к.к. действовал успешно и 31 июля 1944 года вышел к Висле в районе Пулавы. Немецкое командование хорошо понимало значение, захваченных нами плацдармов на реке Висле и прилагало немалые усилия, чтобы ликвидировать Магнушевский, Пулавский и Сандомирский плацдармы. Для этого противник стянул большие силы, но было уже поздно.
С нашей стороны 1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты сосредоточили на этих плацдармах столько сил и средств, что фашистам было не под силу сбросить их обратно за Вислу. Наши войска в течение двухмесячных боёв разгромили все крупные группировки немецких войск.
На Львовско – Сандомирском направлении войсками 1-го Украинского фронта были разгромлены 30 фашистских дивизий, из них уничтожено полностью 8 дивизий. Советские войска вели беспрерывную борьбу, уничтожали и гнали противника всё дальше на запад. Но такое быстрое продвижение вперёд, истощили силы бойцов и командиров, и вполне закономерно требовался отдых и пополнение частей. Ставка понимало сложившуюся обстановку и решила перейти к обороне, в ходе которой, были пополнены людскими ресурсами и оружием части и соединения. Эти мероприятия были своевременные.
1-й и 2-ой Прибалтийские фронты занимали рубежи обороны на линии:
Гунуми – Мемель – река Невель до Юрбурга,
2-й и 3-й Белорусские фронты занимали оборону по линии:
Юрбург – Августовский канал – Лопжа – Сероцк, имея на реке Нарев два плацдарма.
1-й Белорусский и 1-й Украинский фронты занимали оборону по линии:
предместья Варшавы – Прага – река Висла – Ясль.
Эти два фронта занимали три плацдарма в районе Магнушев – Пулавы – Сандомир. Далее фронт Советских войск проходил по линии:
Левице – Эстергам – озеро Балатон – Печ.
Войска США, Англии и Франции в это время заняли Бельгию, часть Голландии и вышли на границу Германии до Швейцарии. В создавшейся обстановке, Германия, как бы не напрягала свои силы, но понимала, что надвигающаяся на неё катастрофа неизбежна.
18 ноября 1944 года вступили в командование:
— 1-м Белорусским фронтом – маршал Советского Союза, Г. К. Жуков;
— 2-м Белорусским фронтом – маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский.
Наступление наших войск началось 13 января 1945 года. Успешно начал свои боевые действия 7-й гв.к.к., наступавший в направлении Томашов – Лодзь. 18 января передовые части корпуса успешно переправились через реку Пилица и стали охватывать с севера и юга город Томашов. Пройдя ещё 40 километров, корпус перерезал противнику путь отхода из Лодзи на Каличи. На следующий день 14-я и 15-я к.д. заняли Побянице и пригород Лодзи – Руда Палянице.
17 января 1944 года в Варшаву вступили части 1-ой армии Войска Польского, а за ними вошли части 17-й и 61-й армии Советских Войск. Немцы перебросили в район Лодзи из Восточной Пруссии танковую дивизию и пять дивизий с запада, чтобы остановить продвижение 1-го Белорусского фронта, но этого фашисты не добились, так как их войска были разбиты, не успев занять намеченные рубежи. 19-го января город Лодзь был взят.
21 января 1944 года 14-я и 16-я к.д. выбили противника из оборонительного рубежа на реке Варта и успешно форсировали её.
23 января 1944 года 9-ый танковый корпус и 15-я гв.к.д. овладели Калишем.
Двигаясь на запад с большой скоростью, корпус прошёл через Яроцин, Валыгиты, Унириштад и 29 января вступил в Германию, в город Бранденбург.
За успешные боевые действия нашему 7-му гвардейскому кавалерийскому корпусу было присвоено наименование – Бранденбургский.
Корпус вышел к реке Одер, севернее Грюнберга. Ширина рек в этом месте не менее 200 метров. Лёд тонкий. Местами видны полыньи. Форсирование реки осуществлялось частями 14-й и 16-й к.д. Первыми переправились четыре кавалерийских полка и заняли небольшой плацдарм на левом берегу Одера. Из-за тонкого льда и взорванных мостов, нельзя было переправить артиллерию и танковые полки. Для поддержания частей форсировавших реку, была создана корпусная артиллерийская группа под командованием генерал-майора Г. М. Изумрудова, опытного артиллериста, не первый раз сталкивающегося с такой обстановкой. Всё шло хорошо и войска корпуса быстро расширили плацдарм, атаковали противника и заставили его отойти.
За бесстрашные и решительные действия, особенно при форсировании Одера, подполковнику Г. И. Кобякову, капитанам Г. Ф. Платонову, К. Н. Уклебе, старшему лейтенанту Е. И. Михайлюку и Л. А. Маскову было присвоено звание Герой Советского Союза.
3 февраля 1944 года правый берег реки Одер был очищен от противника. Войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов разгромили 9-ю, 4-ю и 17-ю танковые армии противника и полностью освободили Польшу.
Как показал ход последних событий, угроза со стороны Восточной Померании непрерывно возрастает. Зафиксирован подход и сосредоточение в Померании значительных сил противника. По приказу Ставки, 2-го февраля 1944 года 1-ая гвардейская армия, сдав свои участки фронта на Одере соседним частям, форсированным маршем перебрасывалась на север в район Арнсвальда. Туда же перебрасывались 9-й танковый и 7-й гв.к.к. и большое количество артиллерийских, инженерных и материальных средств. Угроза контр наступления немецких войск из Восточной Померании с каждым днём возрастает.
8-го февраля 1944 года Ставка поставила задачу 2-му Белорусскому фронту:
— 10 февраля перейти в наступление с рубежа Грауденц – Ратцебург, и разгромить противника в Восточной Померании. Овладеть Данцигом и выйти на побережье Балтийского моря.
10 февраля 2-ой Белорусский фронт начал наступление, но не имея в своём распоряжении достаточных сил, не смог полностью выполнить поставленную задачу. 7-й гв.к.к. генерал-лейтенанта М. П. Константинова, совершив 250 километровый марш, к исходу 6-го февраля сосредоточился за боевыми порядками 61А. Корпус получил задачу:
— во взаимодействии со 2-ой Гв.Т.А., нанести удар в общем направлении Рестц и овладеть городом Штаргард.
В течении нескольких дней шли ожесточённые бои войск 61А и 7-го гв.к.к. с 3-м и 39-м танковыми корпусами противника. 11-го февраля части 7-го гв.к.к., после 75 километрового марша – манёвра, во взаимодействии с войсками 47-й и 61-й армий разгромили вражескую группировку и заняли Деич – Кроне.
Ликвидировав эту группировку, 7-й гв.к.к. снова совершил марш и 14 февраля сосредоточился юго-западнее Арнсвальда, заняв оборону между Рестиц, Шлегинтин по реке Ина. 15 февраля на этом участке фронта противник перешёл в контр атаку. Большую роль в отражении вражеских контр атак сыграл наш 148-й гвардейский артиллерийский полк подполковника С. Х. Хабирова. Батареи капитанов Мугаева, И. Е. Чайковского и старшего лейтенанта Азоркина, вели огонь прямой наводкой и уничтожили: — 11 танков, 3 штурмовых орудия противника. В этом бою геройски погиб коммунист И. Е. Чайковский. Звание Героя Советского Союза, ему было присвоено посмертно.
7-й гв.к.к. скоро был выведен в резерв.
24-го февраля 1944 года, с подходом из резерва Ставки 19-й армии, 2-й Белорусский фронт возобновил наступательные действия.
1-го марта 1944 года перешли в наступление и войска 1-го Белорусского фронта, главной ударной силой которого были 1-я и 2-я танковые армии.
В связи с мощным ударом этой группы войск, темп наступления 2-го Белорусского фронта резко возрос. 5-го марта войска 1-го Белорусского фронта вышли на побережье Балтийского моря и захватили Кёзлин. После этого, все армии 2-го Белорусского фронта на восток, на Гдыню, Данциг. 1-я гвардейская танковая армия 1-го Белорусского фронта, вышедшая в Кольберг, распоряжением Ставки временно передавалась в состав 2-го Белорусского фронта для разгрома противника в районе Гдыни.
Войска правого крыла 1-го Белорусского фронта, добивая остатки вражеских частей, вышли к побережью Балтийского моря и на Одер в его нижнем течении.
После разгрома всей Восточно – Померанской группировки немецко–фашистских войск, 3-й гвардейский корпус занял оборону по всему побережью Балтийского моря от Данцига до Померанской бухты.
В начале апреля 1945 года Советские войска вышли в центральный район Германии. 16-го апреля 1944 года, главные силы 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов перешли в решительное наступление. Началось кровопролитнейшее сражение. В ночь на 17 апреля, войска 7-й гв.к.к. генерал-лейтенанта М. П. Константинова, переправились через реку Одер в районе Целлин, Канитц. Корпусу было приказано прикрыть правый фланг 47-й армии. Части 14-й и 15-й кавалерийских дивизий, командиры генерал-майор Г. П. Коблов и Г. А. Белов, вступили в бой. Двое суток части корпуса, вместе с пехотой в районе Волленберга, отбивали контр атаки противника, пытавшегося продвинуться в южном направлении.
20 апреля командующий фронтом приказал 7-му гв.к.к. стремительным наступлением через города Лоценберг, Рамце, совместно со 2-й гвардейской танковой армией, охватывая Берлин с северо-запада, овладеть районом Эберсвальде – Трампе.
25 апреля 1944 года передовые части 5-й гвардейской армии генерал-полковника А. С. Жадова, 1-го Украинского фронта вышли на западный берег Эльбы около Торгау, где произошла историческая встреча с войсками 1-й Американской армией.
25 апреля 1944 года войска 1-го Украинского фронта соединились с войсками 1-го Белорусского фронта, западнее Потсдама и этим завершили окружение Берлинского гарнизона.
Однако противник ещё не сломлен и продолжает сопротивляться. Севернее Берлина на реке Хафел, сосредотачиваются крупные группировки войск фашистов для помощи Берлину.

Командующий 1-м Белорусским фронтом, маршал Советского Союза Г. К. Жуков, направил 2-й кавалерийский корпус в обход Берлина с севера, с целью выхода на Эльбу и соединением с войсками левого крыла 2-го Белорусского фронта. 7-й гв.к.к. получил задачу:
— выйти к реке Хафел в районе Ратенов, Бранденбург и прочно обеспечивать ударную группу фронта, ведущую бои в Берлине.
7-й гв.к.к. сломил сопротивление противника на реке Хафел и к исходу 27-го апреля, овладели городом Ратенов и заняли оборону по реке Хафел силами 14-й и 15-й кавалерийскими дивизиями. 16-я к.д., вместе с частями 77-го стрелкового корпуса, 1 мая захватили Бранденбург.
Таким образом, все задачи, поставленные перед 7-м гв.к.к. были выполнены.
За умелое руководство частями и соединениями, за героизм и отвагу проявленные в боях за освобождение нашей Родины, командиру 1-го к.к., генерал-лейтенанту В. К. Баракову, командиру 7-го гв.к.к. генерал-лейтенанту М. П. Константинову было присвоено звание Героя Советского Союза.
В наградном листе, подписанным Командующим 1-м Белорусским фронтом Г. К. Жуковым и членом военного Совета фронта генералом К. Ф. Телегиным, с ходатайством перед Верховным Советом СССР о присвоении генералу М. П. Константинову, звания Героя Советского Союза отмечалось:
— Корпус под командованием гвардии генерал-лейтенанта М. П. Константинова в Висле – Одерской – Берлинской операциях проявил высокое военное мастерство, волю, настойчивость, мужество, отвагу, волю, геройство, обеспечив полное и своевременное выполнение поставленных перед командованием корпуса задач, за что командир его достоин присвоения звания Героя Советского Союза.
Звания Героя Советского Союза были также удостоены: генерал-майор Х. Д. Мамсуров и полковник Н. И. Терехин.
Командир 14-й гв.к.д. генерал-майор К. П. Коблов, награждён орденом Суворова 1-й степени.
Высокими наградами отметила Родина сотни рядовых, сержантов, офицеров кавалерийских частей и соединений, отличившихся при разгроме Берлинской группировки противника, кроме этого за успешные действия в Берлинской операции, правительственными наградами были удостоены кавалерийские соединения 3-го и 7-го гв.к.к. и 3-я гв.к.д., которые получили высокую награду – орден Ленина.

Ратные дела Советских воинов, в том числе кавалеристов, увенчались успехом.
Берлинская и Пражская операции явились завершающими операциями Советских вооруженных сил в Европе.

Приложение.

Шмаин Вивея Григорьевна

Шмаин Вивея Григорьевна

 

БИОГРАФИЯ моей матери ШМАИН (ИЗУМРУДОВОЙ) ВИВЕИ ГРИГОРЬЕВНЫ

— родилась 23.05.1922 года в городе Самарканд. В 1941 году после окончания средней школы поступила на 1 курс института авиационного приборостроения. В 1943 году по путёвке ЦК ВЛКСМ, была направлена для восстановления комсомольских организаций в освобождённых от фашистских оккупантов районах нашей Родины. С 1943 года, призвана в действующую армию в качестве радиста. Награждена орденом Красной Звезды, медалью За Боевые Заслуги, За Победу над Германией. Дошла до Берлина и сделала надпись на Рейхстаге. Умерла в 16 05.1976 года.

Шмаин Мендель Айзикович 1915-1999, подполковник мед.службы. Отец.

Шмаин Мендель Айзикович.1915-1999.  Отец.

Шмаин Наум Айзикович, 1906. Подполковник мед.службы

Шмаин Наум Айзикович, 1906. Подполковник мед.службы

Никитин И.П.

Никитин И.П.

Бессмертный полк. Санкт-Петербург

Бессмертный полк. Санкт-Петербург

Шмаин Святослав Менделеевич. Автор статьи про деда

Шмаин Святослав Менделеевич. Автор статьи про деда

Деду от внука. Никто не забыт и ничто не забыто. 72 года Победы в Великой Отечественной войне 1945-2015: 6 комментариев

  1. Большое спасибо за публикацию материала о моём деде. Вдумайтесь, совершить марш от г. Мары до Сталинграда. С клинками воевать против фашистских захватчиков. Выстоять и победить. Большое спасибо.

    • Доброе утро, Святослав. Я рад. Не могли бы, Вы, подробнее написать про себя, про своих родных, которые также были причастны к Великой Победе в Великой Отечественной войне 1941-45 гг. 70 -летии, которой мы отмечаем 9 мая 2015.

    • Святослав, я занимаюсь боевыми действиями 4 кавкорпуса под Сталинградом, как можно с вами связаться?

  2. Мой дед Кулданов Бейсемби воевал в 149 ИПТАП 4 кав. корпуса с октября 1942 по июль 1943 г..
    Сохранилась групповая фотография. Я ее отсканировал. Где разместить? Может кто нибудь узнает своего солдата.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *